Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 20-21 (2256-2257) 19 мая 2000 г.

У ИСТОКОВ СЛАВЯНСКОЙ ФИЛОЛОГИИ
И ФИЛОСОФИИ

Протоиерей Борис Пивоваров,
настоятель церкви Всех Святых
в земле Российской просиявших.

24 мая -- День славянской письменности и культуры. Вспоминая в этот день первоучителей славян Кирилла и Мефодия, мы каждый год вновь обращаем свой благодарный взор к истокам богатейшего культурно-исторического наследия славянских народов, неотделимого как от просветительной деятельности ученых солунских братьев, так и от нынешней науки и культуры славян.

Общеизвестно, что Кирилл и Мефодий стояли у самых истоков славянской письменности и что именно им славянские народы обязаны просвещением. Общепризнанно, что Кирилл и Мефодий являются родоначальниками славянской литературы, независимо от того, какая система письма сформировалась раньше -- кириллица или глаголица. Менее известно, в чем конкретно (кроме создания азбуки) заключалась их филологическая научная работа. И почти нетронутым остается в науке вопрос о месте первоучителей славян в истории славянской философии.

Создание славянской письменности не ограничивалось лишь изобретением славянской азбуки со всеми знаками, характерными для письменного выражения славянской речи. Книги, которые переводили с греческого и писали на славянском языке Кирилл и Мефодий, содержали образцы целого ряда литературных жанров.

Например, библейские тексты включали жанры исторический и биографический, образцы самой изысканной поэзии, лаконичные диалоги, притчи и проповеди. Выходившие из-под пера первоучителей богослужебные тексты в значительной части предназначались для произнесения нараспев или даже для хорового исполнения. Переводы творений отцов Церкви включали в себя извлечения из сочинений греческих философов, а первый церковно-канонический сборник на славянском языке ("Кормчая") содержал переводы памятников византийского законодательства.

Известно, что каждый литературный жанр имеет свои особенности и требует собственных словесных форм и изобразительных приемов. Создать такой универсальный инструментарий славянской письменности, который бы, с одной стороны, сохранял всю природную красоту славянского языка, а с другой -- передавал все литературные достоинства и тонкости греческих оригиналов, отражал словарное богатство и разнообразие стилей переводимых памятников письменности -- это поистине задача целых поколений. Но сохранившиеся письменные источники свидетельствуют, что громадная филологическая работа была проделана солунскими братьями и их непосредственными учениками в удивительно короткий срок.

Вот один из современных научных отзывов на этот филологический подвиг Кирилла и Мефодия.

"В отличие от других практиковавшихся в ту эпоху способов записи славянской речи славянское письмо Константина-Кирилла представляло собой особую законченную систему, созданную с тщательным учетом специфических особенностей славянского языка. <...> Переводы произведений, в которых Константин и Мефодий пытались найти для всех особенностей данных памятников адекватное выражение, означали не просто возникновение литературного языка средневековых славян, но его сложение уже сразу в тех зрелых, развитых формах, которые вырабатывались в греческом тексте оригиналов как результат многовекового литературного развития" (Б.Н.Флоря. "Сказания о начале славянской письменности и современная им эпоха"; вступительная статья в кн.: "Сказания о начале славянской письменности". -- М.: изд. "Наука", 1981, с. 24, 33).

Константин, младший из братьев, очень рано научился читать и удивлял всех способностью к языкам. Будучи подростком он любил читать сложнейшие труды христианского философа -- Григория Богослова. Всестороннее образование Константин получил при императорском дворе в Константинополе, под руководством лучших в Византии наставников, среди которых выделялись будущий Константинопольский патриарх Фотий -- знаток античной культуры, создатель уникального библиографического свода, известного под называнием "Мириобиблион", и Лев Грамматик -- человек, удивлявший соотечественников и иностранцев своей глубокой ученостью, как знаток математики, астрономии и механики.

В Житии Константина о его образовании сообщается так: "За три месяца он изучил всю грамматику и взялся за другие науки. Изучил Гомера, геометрию, и у Льва и Фотия изучал диалектику и другие философские учения, кроме того риторику, арифметику, астрономию, музыку и другие эллинские науки. И так он изучил все это, как не изучал этих наук никто другой". В то время не было разделения философии на светскую и религиозную, а античное наследие, как и всю современную светскую науку, учителя Константина считали необходимым предварительным этапом к постижению высшей мудрости -- Богословия.

Успехи Константина в обучении были столь блистательны, что удивляли его преподавателей. "После филологии, -- писал знаменитый историк Е.Е.Голубинский, -- особенно любимой его наукой была философия, так что позднейшее его прозвание именем Философа по всей вероятности, ведет свое первое начало еще от школьной скамьи, и было впервые дано ему наставниками и товарищами". (Е.Е.Голубинский. "Святые Константин и Мефодий -- Апостолы славянские"// В сб.: "Богословские труды", N 26. -- М., 1985, с.103).

Когда логофет (начальник императорской канцелярии) Феоктист спросил юного Константина: "Что есть философия?" -- тот сразу же ответил: "Знание вещей божественных и человеческих: насколько может человек приблизиться к Богу, что учит человека делами своими быть по образу и подобию сотворившего его". Слова "делами своими быть" означают не отвлеченное от жизни любомудрие, а жизнеутверждающую любовь к истине. В "Житии Климента Охридского", написанном архиепископом Охридским Феофилактом в XI веке, о Константине Философе говорится как о человеке, который был великим знатоком "в языческой философии, а еще больше в христианской и познал истинную природу вещей".

Будучи молодым ученым, Константин занял в Мангаврской придворной высшей школе Константинополя, где прежде учился сам, кафедру философии. В семь лет будущий Философ видел сон, который рассказал отцу и матери. Стратиг (начальник области) собрав всех девушек Солуни, сказал ему: "Избери себе из них, кого хочешь, в супруги, на помощь и сверстницу твою". "Я же -- рассказывал мальчик Константин, -- рассмотрев и разглядев их всех, увидел одну прекраснее всех, с сияющим ликом, украшенную золотыми ожерельями и жемчугом и всей красотой, имя же ее было София, то есть Мудрость, и я ее избрал". Заняв после окончания курса наук должность учителя философии, Константин Философ исполнял также обязанности и патриаршего библиотекаря. И в "книгах прилежа", он все более возвышался от книжной мудрости к высочайшей Премудрости, готовясь к величайшей миссии -- просвещению славянских народов.

В работе доктора филологических наук Е.М.Верещагина (Институт русского языка РАН) "Кирилло-мефодиевская традиция в Киевской Руси" подчеркивается, что первоучители славян "без поддержки греческого источника провели дифференциацию слов "мудр" и "премудр", что слово "София" в атрибуте имени Кирилла-Философ -- имеет значение не житейской бренной мудрости, а указывает на подлинное любомудрие -- на добродетельную жизнь, согласную высшей Премудрости, на образ жизни, на установку "не для одного разума, но для всего человека в полноте". ("Тысячелетие Крещения Руси". Сборник материалов Международной церковной научной конференции. -- Москва, 11--18 мая 1987 г. -- М.: изд. Московской Патриархии, 1989, с. 269).

Обычно выдающихся представителей мировой философии определяют по их сочинениям, имеющим своим предметом философию или носящим более или менее выраженный философский характер. Случай с солунскими братьями совершенно исключительный. Самая значительная часть их духовного, научного, литературного и философского наследия -- это переводы. Но именно эти переводы, благодаря исключительно плодотворному терминотворчеству первоучителей славян, породили основную часть самых важных терминов и понятий славянской философии. В данном случае уместно привести выражение П.С.Таранова, который замечает, что "философия -- это проблема слов, ибо ведется и выражается словами". (П.Таранов. "Золотая философия". -- М., 1999, с.179).

Исторические источники свидетельствуют, что переводческая работа Константина Философа началась с Евангелия от Иоанна. Первыми словами, начертанными славянскими письменами, были начальные слова пасхального Евангелия, переведенные с церковногреческого текста -- "В начале было Слово" (Ин. 1,1).

Евангелие от Иоанна выделяется из числа всех других библейских книг изобилием религиозно-философских понятий. Через церковнославянский перевод этого Евангелия, совершенный Кириллом и Мефодием, в обиход славянской философии вошли такие философские (онтологические, гносеологические, эстетические и этнические) термины: "свет", "просвещение", "истина", "человек", "благодать", "жизнь" ("живот"), "мир", "свидетельство", "власть", "тьма", "полнота", "знание", "вера", "слава", "вечность" и многие другие. Большинство из этих терминов прочно закрепилось в философском словарном запасе славянских народов. Поэтому имена святых Кирилла и Мефодия, как создателей философской терминологии славян, должны быть занесены в первые же страницы истории философии славянских народов. Этим еще более уясняется смысл традиционного церковного именования Кирилла и Мефодия "первоучителями славян".

Говоря о философском наследии Константина, следует упомянуть о фрагментах его философских диспутов, сохранившихся в житийной литературе. Константин Философ был участником ряда богословских прений о вере, дипломатических миссий и философских диспутов с нехристианскими философами. Политические переговоры между Византией и соседними с ней странами могли сопровождаться диспутами между представителями различных верований. Благодаря Мефодию, пережившему Кирилла на 16 лет (Кирилл -- монашеское имя Константина Философа), в пространном Житии Константина сохранились фрагменты религиозно-философских диспутов младшего брата. [Кирилл умер 14 февраля (27 февраля по новому стилю) 869 года, а Мефодий скончался 6 апреля (19 апреля по н.ст.) 885 года; 11 мая (24 мая по н.ст.) -- день общего церковного праздника в честь Кирилла и Мефодия].

Среди богословских творений первоучителя славян следует прежде всего назвать "Написание о правой вере, сказанное блаженным Константином Философом, учителем в Боге словенского народа". Исследователи полагают, что текст "Написания" был записан одним из учеников равноапостольного Константина.

В XIX веке знаменитый русский археограф архимандрит Леонид Кавелин в книгохранилище Хилендарского (сербского) монастыря на Афоне нашел и опубликовал рукопись "Слово учителя нашего Константина Философа". В нем Константин Философ обращается ко всем славянским народам: "Темже услышите словени вси... Слышите, словенск народ весь... Се же все мы, братие словени, замышляюще, глаголем свет подобающ..."

К кому было обращено слово просветителей Кирилла и Мефодия? Ко всем народам славянского мира, который в IX веке в языковом отношении был не столь разделенным, как в последующие столетия. От Балтийского моря на севере до Эгейского моря и Адриатики на юге, от Лабы и Альп на западе и до Волги на востоке расселялись славянские племена, именования которых донесла наша Начальная Летопись: моравы, чехи, хорваты, сербы, хорутане, поляне, древляне, мазовшане, поморяне, дреговичи, полочане, бужане, волыняне, новгородцы, дулебы, тиверцы, радимичи, вятичи -- все они говорили на "языке словеньском" и все получили от своих первоучителей литературный язык и просвещение.

Величайшая заслуга Кирилла и Мефодия перед славянским миром состояла в том, что они всюду старались оставлять своих учеников -- продолжателей дела просвещения славянских народов. Их ученики продолжали учить в Моравии и Паноннии, через следующее звено преемников кирилло-мефодиевские книжные традиции достигли южной Польши, Словении, Хорватии и Болгарии.

С Крещением Руси книги на славянском языке стали очень быстро распространяться и среди восточных славян. "В "Повести временных лет", внимательной ко всем событиям русской культуры, нет ни имен, ни дат, связанных с собственно русской письменностью. И это, несомненно, потому, что Кирилл и Мефодий были в сознании книжников Руси истинными создателями единой для всех восточных и южных славян письменности. Русское "Сказание о переложении книг на славянский язык", помещенное в "Повести временных лет", начинается словами: "Бе един язык словенск". Далее в этом "Сказании" говорится: "А словеньский язык и рускый одно есть" и несколько ниже снова повторяется: -- "а язык словески един" (П.Н.Динеков, Д.С.Лихачев. "Дело Константина-Кирилла Философа и его брата Мефодия"; вступительная статья в кн.: "Жития Кирилла и Мефодия". -- М.: "Книга", София: "Наука и изкуство", 1986, с.11).

Подчеркивая великое значении трудов Константина Философа для просвещения наших предков, священник Павел Флоренский в книге "Столп и утверждение истины" (М., 1914, с.772) назвал его "духовным родителем русского народа".

На заслуги святых Кирилла и Мефодия перед славянской историографией указывал академик Д.С.Лихачев: "Взгляд на русскую историю как на часть мировой и чувство ответственности за весь мир стали отличительной особенностью всех восточнославянских литератур и отчасти были унаследованы ими через единую литературу Древней Руси от славянских просветителей -- Кирилла и Мефодия. Это им принадлежит мысль о единстве человечества и ответственности каждой страны, каждого народа в общечеловеческом устроении и просвещении, о служении каждой страны человечеству". (Д.С.Лихачев. "Тысячелетие письменной культуры восточного славянства и мир"; сборник "Прошлое -- будущему". -- Л., 1985, с. 151).

"Ни в одной стране мира с самого начала ее возникновения литература не играла такой огромной государственной и общественной роли, как у восточных славян". (Там же, с. 153). Здесь академик Д.С.Лихачев говорит уже не только о литературных, философских, но и о социальных аспектах культурно-исторического наследия славян, у истоков которого стоят Кирилл и Мефодий.

Учитывая вышеприведенные свидетельства, можно утверждать, что Кирилл и Мефодий не только создали новую и совершенную систему письма, но и то, что своими переводами с греческого языка сложнейших текстов, а также своей удивительно плодотворной педагогической деятельностью заложили основы славянской историографии, филологии и философии.

Для нас День славянской письменности и культуры -- это праздник просвещения, праздник родного слова, родной книги, родной литературы, родной культуры. Обучаясь различным наукам на родном языке, мы, по выражению древнерусского летописца, пожинаем то, что было посеяно древнейшими просветителями Руси, воспринявшими письменность (а вместе с ней и всю современную им науку) от первоучителей славянских народов -- Святых Кирилла и Мефодия.

Книги, переведенные, составленные, написанные Кириллом, Мефодием и их учениками, послужили тем прочным основанием, на котором в дальнейшем на протяжении веков созидалось величественное здание славянской культуры. Поэтому День церковной славы святых Кирилла и Мефодия стал всемирным праздником славянской письменности и культуры.

Новосибирский
Академгородок.

стр. 

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?10+101+1