Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 50 (2386) 27 декабря 2002 г.

РОССИЯ — ВСЕ ЕЩЕ КОРОЛЕВСТВО
КРИВЫХ ЗЕРКАЛ

Королевством кривых зеркал называли советскую экономику многие экономисты из-за несоответствия действительности значительной части получаемой и публикуемой статистической информации. Советский Союз не в последнюю очередь погиб потому, что его руководители сами не знали толком, что же творится в стране, которой они управляют.

Григорий Ханин, профессор

Иллюстрация

Изменилось ли положение в этой области в современной России? Кое в чем безусловно изменилось к лучшему. Например, отклонение от реальных официальных темпов экономического роста сейчас меньше, чем в последний советский период 70-80-х годов, не говоря уже о 30-х годах. То же самое можно сказать и о ряде других показателей динамики: реальных доходах населения, розничного товарооборота, капитальных вложений и т.д. Переход на международные стандарты расчета этих показателей сыграл положительную роль.

Но в других экономических показателях положение стало гораздо хуже, чем в советские времена. Вот это я и собираюсь показать.

В предыдущих статьях я писал о том, что и советская (в 80-е годы) и постсоветская статистика чудовищно искажали реальную динамику основных фондов. Разрыв между реальными показателями и официальными составлял, скажем, за последнее советское пятилетие 25 процентных пункта (рост на 25% официально и нулевой рост фактически, по моим расчетам). Падение на 1-1,5% официально за пятилетия и примерно 15 процентных пунктов падения в постсоветские пятилетия. Значение этих искажений трудно переоценить: ведь они определяют, что делается с основной частью национального богатства страны, от которого зависит и судьба страны. При таком темпе падения этих фондов совсем скоро, по историческим меркам, если этот процесс будет продолжаться, страны не будет вовсе. Вы думаете, хоть кто-то из руководства страны обратил внимание на мои расчеты? Ничуть не бывало, точно как в советские времена.

Но как же мог случиться такой огромный провал при том, что экономика, если опять-таки верить официальной статистике, почти все эти годы была прибыльной (кроме 1999 года), даже после уплаты налогов. "Секрет" такого "экономического чуда" оказался весьма простым, но основательно забытым. Очень хорошие советские экономисты многие годы и десятилетия обращали внимание на одно весьма важное экономическое явление: в СССР очень часто две взаимосвязанные сферы — основные фонды и капитальные вложения, благодаря которым они создаются — оценивались в разных рублях — дешевых по капиталовложениям вследствие происходящей инфляции и более дорогих — по фондам вследствие того, что они своевременно не переоценивались, как следовало бы в соответствии с уровнем цен капитальных вложений. Такие переоценки происходили в СССР после войны примерно раз в 10 лет, но в ходе их указанное несоответствие лишь сокращалось, но не ликвидировалось полностью. А к следующей переоценке это разрыв снова становился очень значительным.

Только в качестве примера: в электроэнергетике в 1990 году, по подсчетам, осуществленным под моим руководством (1*), восстановительная стоимость основных фондов (то есть сколько бы они стоили, построенные в этом году) превысила балансовую в 3,8 раза. Очень большое превышение было и по другим отраслям.

В 90-е годы переоценки основных фондов начали производиться с 1 июля 1992 года, но они позволяли учесть, и то не полностью, лишь их удорожание в 90-е годы, но не накопившееся за 80-е годы. К тому же, с 1997 года эти переоценки вообще перестали производиться централизованно, хотя цены на инвестиционные товары продолжали расти. Произведенный расчет восстановительной стоимости основных производственных фондов за 1999-й год показал, что их превышение по сравнению с балансовой стоимостью, с которой производятся амортизационные отчисления на восстановление основных фондов в результате износа, оказалось просто колоссальным.

Для того, чтобы читатель мог сам убедиться в правильности расчета (и проверить и расчет и его алгоритм) приведу его в таблице 1.

Таблица 1.
Расчет соотношения между восстановительной
и балансовой стоимостью основных производственных фондов
в электроэнергетике в 1999 году

Объем капиталовложений — 29,5 млрд руб.

Введено мощностей в среднем за 1997-1999 г. — 0,55 млн квт

Восстановительная стоимость 1 квт — 53,6 тыс. руб.

Мощность электростанций в 1999 г. — 214,3 млн квт

Восстановительная стоимость ОПФ — 11486 млрд руб.

Балансовая стоимость ОПФ в электроэнергетике — 853,8 млрд руб.

Соотношение между восстановительной и балансовой стоимостью — 13,45

Как видим, соотношение между восстановительной и балансовой стоимостью в электроэнергетике оказалось равным 13,45 раза. Аналогичный показатель был рассчитан по черной металлургии. Он также оказался более 10 раз, хотя и несколько меньше, чем в электроэнергетике. С учетом однородности процессов, происходящих в сфере воспроизводства основных фондов, был определен коэффициент соотношения между восстановительной и балансовой стоимостью для всей экономики, как средняя этих соотношений по электроэнергетике и черной металлургии. В соответствии с этим коэффициентом были пересчитаны основные фонды по всей экономике. Это, конечно, является вынужденным упрощением, но вполне может показать характер вносимых таким пересчетом изменений в структуре показателей распределения общественного продукта.

В соответствии с рассчитанным коэффициентом, который оказался равным 12, был пересчитан также объем затрат на выпуск товаров и услуг в отраслях народного хозяйства, в том числе и по отраслям промышленности. Такой пересчет позволил определить реальную рентабельность продукции отраслей народного хозяйства и всей экономики в целом. В этом месте я столкнулся со сложной задачей: надо ли включать в расчет все доходы отраслей от теневой экономики (частично они уже включены в расчет продукции этих отраслей самими статистическими органами). После некоторых колебаний я решил не делать этого, поскольку эти доходы фактически выпадают из воспроизводственного оборота предприятий, т.к. направляются почти целиком на непроизводительные нужды: перевод капитала за границу, взятки государственным чиновникам, личные нужды владельцев предприятий и т.д. Поскольку статистические органы все же включают в свой расчет часть доходов от теневой экономики, приводимые ниже результаты расчета скорее преувеличивают, чем преуменьшают реальную рентабельность продукции отраслей экономики.

Очень кратко (для неспециалистов) — как проводился пересчет затрат производства. В этих затратах, которые принимались за достоверные, выделялись амортизация и прочие затраты. В соответствии с полученным соотношением между балансовой и восстановительной стоимость основных фондов увеличивалась амортизация и затем прибавлялась к прочим затратам, которые не пересчитывались.

Оставался еще один важный вопрос для окончательного пересчета показателя рентабельности. Первоначальный пересчет только основных фондов выявил ничтожную долю материальных оборотных фондов по отношению к основным (3-4% в нашей промышленности вместо 30-40% в промышленности США в 1958 г.). Такая величина оборотных фондов исключает возможность работы промышленности и других отраслей экономики. Очевидно, что и здесь имеется серьезный недоучет, природу которого я пока не могу удовлетворительно объяснить. Для устранения этого недоучета были приняты нормы соотношений между основными и оборотными фондами в отраслях экономики США в 1958 г. и таким образом получена реальная величина материальных оборотных фондов в экономике России.

Произведенный после всех указанных операций пересчет рентабельности показал, что в подавляющем числе отраслей в 1999 году имела место значительная убыточность и по отношению к выпущенной продукции, и по отношению к объему основных и оборотных фондов. Исключением явились лишь предприятия посреднического сектора, которые оказались прибыльными, о чем без особых пересчетов свидетельствует бурное их строительство в последние годы, производимое, и с помощью кредитов банков.

В таблице 2 приведены показатели реальной рентабельности отраслей российской экономики производственной сферы, куда я включил и транспорт.

Таблица 2
Реальная рентабельность продукции
отраслей российской экономики производственной сферы
в 1999 году (%)

Отрасли

Рентабельность в %
к стоимости основных
и оборотных фондов

То же после уплаты налогов

Рентабельность в %
к стоимости продукции

Промышленность

-2,0

-5,4

-20

Сельское хозяйство

-5,0

-5,0

-85

Строительство

-2,3

-2,3

-34

Транспорт

-0,8

-1,8

-15

ИТОГО

-2,4

-4,5

- 30,4

* Примечание. Знак "минус" во всех показателях рентабельности означает убыточность производства. (2*)

По сравнению с 1999 годом в настоящее время убыточность производственной сферы несколько снизилась, главным образом, за счет роста выручки топливной промышленности в связи с ростом мировых цен на топливо в последние годы и из-за лучшего использования производственных фондов, что относительно уменьшило амортизацию на единицу продукции. Однако, порядок указанных в расчете величин вряд ли заметно изменился.

Важно отметить, что большинство отраслей промышленности оказались убыточными. Прибыльными оказались, в основном экспортоориентированные отрасли, у которых основная часть выручки поступает от экспорта. Вместе с тем, прибыльность топливной промышленности является минимальной: всего лишь 0,5% по отношению к фондам.

Таким образом, если ориентироваться на официальные данные предприятий топливной промышленности, возможности перераспределения ее доходов в пользу других отраслей практически отсутствует. Другое дело, если учесть реальную выручку этой отрасли. Тогда избыточные ее доходы окажутся значительно большими: в 1999 году, например, реальная выручка топливной промышленности превзошла отчетную почти в два раза. Но и при этом существующие в ряде работ оценки возможности извлечения из этой отрасли горной ренты страдают крупными преувеличениями, т.к. с одной стороны, преуменьшают реальные издержки этой отрасли, а с другой ее потребности в капитальных вложениях в условиях перехода к добыче в районах с худшими горно-геологическими и другими природными условиями. К тому же, надо еще найти способы извлечения теневых доходов, чего до сих пор государству не удается, да оно особенно и не старается их найти.

Встает вопрос, каким образом при такой убыточности производственной сферы она все же росла последние 4 года? За счет резерва производственных мощностей, который накопился в результате спада экономики в предшествующий период. Однако, этот резерв уже исчерпывается и подъем неизбежно должен поэтому смениться спадом. Это обстоятельство не учитывали составители многочисленных прогнозов российской экономики на первое десятилетие XXI века, составлявшихся в правительственных учреждениях и некоторых академических институтах, которые предсказывали экономический рост в этот период на уровне 4-5% в год. Я еще в 2000 году называл эти прогнозы шизофреническими. Кажется, моя оценка начинает сбываться. В 2002 году, если ориентироваться на такие надежные индикаторы как производство электроэнергии и грузовые железнодорожные перевозки, экономический рост был минимальный, а с сентября этого года даже по официальным оценкам Госкомстата РФ с учетом календарного времени уже три месяца в промышленности происходит спад, несмотря на то, что цены на нефть все еще очень высоки, что не может продолжаться долго.

Таким образом, наши экономисты снова, как и в 70-е годы стали жертвой слепого доверия официальной статистике. Они читали статьи о "лукавой цифре", но серьезных уроков из них, увы, не извлекли. Греет душу только то, что в аналогичном положении оказались и западные экономисты, которые присоединились к оптимистическим прогнозам о будущем российской экономики в лице Международного Валютного Фонда и Мирового Банка.

Из проделанного расчета вытекают еще некоторые важные выводы. Он показывает огромную долю амортизационных расходов в реальных затратах на производство продукции товаров и услуг. Так, по промышленности эта доля составила 32,8% вместо 2,6% по отчетным данным. А в таких отраслях, как электроэнергетика и топливная промышленность, эта доля превышает 50% всех затрат. Весьма высока она также на транспорте, в строительстве и сельском хозяйстве. Любой грамотный экономист скажет, что при такой доле амортизации в затратах убыточность просто неизбежна. Исключительно высока доля амортизации и в валовой добавленной стоимости, создаваемой экономикой. Она превысила в 1999 г. 60%(!), в то время как в США, например, лишь немного превышает 10%.

В предыдущей статье ("Наука в Сибири" от 6 мая 2002 года) я показывал, что выход из этой, казалось бы, безвыходной ситуации состоит в радикальном перераспределении огромных личных доходов богатых и сверхбогатых слоев населения в пользу прибыли предприятий и в определенной части в пользу бедных и малообеспеченных слоев и доходов бюджета.

Такое перераспределение позволит обеспечить, как минимум, прекращение проедания производственных фондов и уменьшит огромную дифференциацию доходов в России (3*). Богатые и сверхбогатые слои населения это предложение либо замалчивали, либо малоубедительно отвергали (4*). Справедливости ради отмечу, что Борис Березовский в беседе с Александром Прохановым признал связь бедственного положения России с самой большой в мире концентрацией богатства в России (5*). Что касается российского государственного руководства, то оно эту проблему предпочитает не замечать.

Понятно, что быстрое перераспределение доходов невозможно осуществить просто по материально-техническим обстоятельствам. Повышенные средства, выделяемые на новое строительство и реконструкцию предприятий требуют резкого увеличения (примерно в 3 раз) объема строительно-монтажных работ, производства и импорта продукции инвестиционного машиностроения, значительного роста проектных работ и т.д. А это значит, что нужно строить и реконструировать машиностроительные предприятия, предприятия промышленности строительных материалов, набирать и обучать новых строительных рабочих, станочников, работников проектных институтов и т.д. Очень нелегким окажется обеспечение растущего производства инвестиционных отраслей продукцией смежных производств, электроэнергией, грузоперевозками. Непросто обеспечить расширение производства товаров и услуг, потребляемых слоями населения с низкими доходами, которые должны вырасти в процессе перераспределения (продукты питания, одежда, обувь, мебель и т.д. низкого ценового сегмента).

Такой крупнейший хозяйственный маневр для своего осуществления требует нескольких лет и четкого планирования, пусть и индикативного. В то же время, неизбежно и сокращение огромного сектора экономики, обслуживающего преимущественно нужды богатых и сверхбогатых. Как неизбежны и связанные с этим финансовые потрясения. В частности, огромное торговое, офисное и элитное жилищное строительство осуществляется в немалой степени на кредиты российских банков. И как возвращать эти кредиты при сокращении розничного товарооборота, обслуживающего в значительной степени эти слои населения? И что делать с миллионами занятых в этих отраслях в настоящее время? Огромные диспропорции, накопившиеся за 90-е годы (и в предшествующий период тоже) устранить безболезненно невозможно.

Ясно одно: чем позже российское государственное руководство обнаружит, что оно живет в королевстве кривых зеркал, тем больнее последствия окажутся для страны и ее населения. Впрочем, и для самого этого руководства.


(1*) Я хотел бы выразить глубокую благодарность за активное и творческое участие в проведение данного расчета студентке III курса Сибирского государственного университета путей сообщения Н.Иванченко и магистрантке Новосибирского государственного технического университета Н.Тихоновой.

(2*) Стоимость основных фондов принята по остаточной стоимости с учетом износа, поскольку целью расчета является выявление возможностей финансирования роста производственных фондов.

(3*) Меньше месяца тому назад я узнал, что про исключительное значение перераспределения доходов для подъема экономики России уже давно писали три московских физика из Института физики РАН во главе с Д.Чернавским. Но их работы не были мне известны, т.к. публиковались, в основном, в физических журналах. Я охотно признаю их приоритет в данном вопросе.

(4*) "Новая ежедневная газета", N 35, 2002 г., стр.6.

(5*) "Завтра", N 44, 2002 г., стр.3.

стр. 7

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?11+230+1