Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

О газете
Редакция
и контакты

Подписка на «НВС»
Прайс-лист
на объявления и рекламу

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2017

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости
 
в оглавлениеN 16 (2402) 25 апреля 2003 г.

НАДВИГАЕТСЯ ОЧЕРЕДНАЯ РЕФОРМА

Российская академия наук, как и все наше сообщество, находится в стадии реформирования не первый год, многое в ней уже переменилось и продолжает меняться. Но, похоже, науку ожидают новые радикальные реформы, хотя сведения о них в прессе пока отрывочны и противоречивы.

Наталья Притвиц

Иллюстрация

Мнение Минпромнауки

Научное сообщество озабочено тем, что в недрах Минпромнауки зреют новые планы реформирования науки.

Об этих планах — интервью с одним из идеологов реформы заместителем министра А. Кулагиным ("Частный бизнес в казенном доме?", РНГ 9.04). Корреспондент начинает с утверждения: "Специалисты очень авторитетной международной организации ОЭСР, изучая состояние российской науки, сделали прямо-таки убийственные выводы. Государству содержать ее даже в нынешнем виде не по силам, поэтому она должна быть сокращена на две трети. А процессы глобализации вообще могут похоронить отечественную науку. Громоздкие институты, их неумение не только работать с бизнесом, но даже представлять информацию по международным стандартам — все это делает нашу науку этаким реликтом прошлого. Она не сможет равноправно сотрудничать с ведущими научными центрами мира. Словом, путь один — спокойно сойти на нет". Но А. Кулагин успокаивает читателей: "Если говорить словами Марка Твена, то слухи о смерти российской науки несколько преувеличены. Прошедшие годы научное сообщество жило единственной заботой — где взять деньги. Сегодня эта проблема остается, но постепенно отходит на второй план. А на первый выходит другая — как средства эффективно использовать".

Главная идея такова — государственных НИИ слишком много (по итогам инвентаризации около 2800), причем около 500 не имеют аккредитации. Еще один довод — в той сфере экономики, которая фактически стала частной, осталось много государственных институтов. К примеру, химическая промышленность на 97% в руках частного капитала, а в стране 21 государственный институт химического профиля. Все они финансируются из кармана налогоплательщика. В автомобильной промышленности и фармацевтике соотношение такое: 100% и полтора десятка ГосНИИ.

Вывод: "Ситуация ненормальная. Может, подобные институты надо приватизировать или слить в один. Это должна решить специальная комиссия, которой предстоит тщательно разобраться с каждым случаем. У нас нет никаких контрольных цифр, к примеру, оставить 1500 или 1200 государственных институтов. Задача в другом — создать систему, которая бы отслеживала "здоровье" науки, вовремя ставила диагнозы и предлагала меры "лечения". Какая будет в итоге наука — состоять из крупных институтов или небольших — не принципиально. Главное, чтобы она была эффективной".

Критерии оценки — общепринятые во всем мире — публикации в ведущих научных журналах, цитируемость ("Эту систему многие не признают, но лучшей никто пока не придумал").

Продолжая далее аналогию с лечением, А. Кулагин готовит нас к мысли о том, что иные болезни можно лечить только хирургическим вмешательством: "Да, лишимся какого-то научного направления, но другие, где мы вполне на мировом уровне, выживут. Если размазывать средства на всех, "утонут" все".

Правда, обещано, что с каждым НИИ будут разбираться отдельно и с участием самих ученых, не торопясь, "ситуация должна созреть".

Дальше — пуще. "К примеру, говорят, что в академических институтах низкие зарплаты. А вы знаете, что около 40% сотрудников работают не на государство! Выполняют частные заказы. А деньги получают из бюджета. Только наведение здесь порядка позволило бы почти вдвое поднять зарплаты тем, кто выполняет госзаказы".

Относительно того, что научный институт может зарабатывать, превращая идеи "в товар", А. Кулагин выражается неоднозначно: "В законах записано, что результаты научных работ, которые финансируются государством, его собственность. Но пока оно ничего не делает, чтобы превратить идеи в товар. Отчеты кладутся на полку".

А что касается передачи права на интеллектуальную собственность самим институтам, то он возражает на это: "Беда в том, что средств на коммерциализацию у них нет. Поэтому продают "сырые" разработки, чтобы выручить хоть какие-то деньги. А вот в этом государство уж точно не заинтересовано. Надо, чтобы наука работала на свою страну: создавала рабочие места, высокотехнологичную продукцию, модернизировала промышленность".

И обещает, что когда вложения государства в науку достигнут к 2010 году давно обещанных 4%, то 50—70% этого прироста предлагается направлять на коммерциализацию, а остальные — на фундаментальные исследования.

Зависть берет, когда прочитаешь, как относятся к науке в Великобритании. Об этом рассказал недавно во время Недели науки в Санкт-Петербурге профессор Кембриджского университета Дэвид Кинг — Главный научный советник Правительства Великобритании. (Жаль, среди советников В. Путина такого нет.) Так вот, в Великобритании "финансирование науки государством за последние годы увеличилось в два раза и на сегодняшний день научный бюджет составляет 2 миллиарда фунтов стерлингов.

Сегодня британские университеты и исследовательские центры начали активно сотрудничать с бизнесом. В них увеличивается число дочерних компаний, занимающихся научно-техническими разработками и инновациями. Крупные университеты, такие, как Кембридж, Оксфорд, Рединг и многие другие, превращаются в подлинные центры высоких технологий" ("Между Лондоном и Кембриджем", РНГ 9.04). И нету у них такого ограничения, что "соотношение основной и не основной научной деятельности обязано составлять 70/30"...

Мнение комиссии по оптимизации бюджета

Как известно, перед межведомственной комиссией по оптимизации расходов бюджета во главе с вице-премьером, министром финансов А. Кудриным была поставлена задача изыскать возможности сокращения госрасходов.

Недавно кабинет министров познакомился с предложениями комиссии. Она пока что признала возможным сократить расходы на сельское хозяйство, образование, оборону, правоохранительную деятельность, медицину и ряд других статей. Правда, Кудрин объяснил, что "на самом деле сокращения расходов на эти направления не произойдет. Оптимизация в данном случае означает передачу финансовых обязательств с федерального уровня на региональный и местный. В результате перераспределения расходных полномочий содержание школ, больниц, военных городков, выплата зарплат бюджетникам полностью лягут на плечи субъектов и муниципалитетов".

Однако, за счет чего региональные и местные бюджеты справятся с этой дополнительной нагрузкой, — предложений Минфина не последовало.

Об МГУ и РАН, которых комиссия предлагала лишить отдельной строки в бюджете, в статье "Пустить в расход" (И 12.04) сообщается следующее.

Ректор МГУ В. Садовничий заявил, что университет финансировался отдельной строкой "и при царе, и при коммунистах, и при Ельцине". "Не бросайте талантливого ребенка, тем более, что у нас скоро юбилей, 250-летие", — призывал Садовничий. Президент Российской академии наук Ю. Осипов тоже напомнил о 300-летней истории своего ведомства, за которую никто, кроме Хрущева, не смел покушаться на финансовую самостоятельность Академии.

Сейчас немодно ссылаться на В.И. Ленина, но хочу все же напомнить, как он в разговоре с А.В. Луначарским говорил о недопустимости "озорничать вокруг Академии". А то "найдется у Вас какой-нибудь смельчак, наскочит на Академию и перебьет там столько посуды, что потом с Вас придется строго взыскивать" ("Новый мир", 1925, N 10).

М. Касьянов согласился, что РАН и МГУ — "знаковые организации" и имеют право на отдельную строку в бюджете, но таких организаций должно быть гораздо меньше, и вообще, число госучреждений необходимо сократить. Количество подведомственных предприятий растет, их деятельность слабо связана с функциями государства и часто носит коммерческий характер. Премьер порекомендовал комиссии по оптимизации расходов обратить на эту проблему особое внимание. Следующее обсуждение сокращения расходов состоится в конце апреля.

Однако успокаиваться не стоит. Недаром статья "Дуэт Академия: Кудрин — Осипов" (РНГ 16.04) имеет подзаголовок "Минфин грозит науке голодным пайком". О необходимости радикальных сокращений в Академии наук достаточно резко заявляет начальник экономического управления Администрации Президента А. Данилов-Данильян. "На наши запросы — какие кардинальные шаги сегодня необходимы в экономике страны? — почти из трех десятков институтов получаем фактически отписки. Они, как две капли воды, похожи друг на друга. Вывод напрашивается сам собой: если институты неспособны генерировать новые идеи, зачем их содержать в таком количестве?! Надо сокращать..."

Академик Д. Львов, председатель секции экономики Отделения общественных наук РАН признал: "Да, многие ученые отвечают на запросы "сверху", можно сказать, формально. Но почему так происходит? Все реформаторские "команды", которые в последние годы руководят нашей экономикой, играют по одним правилам. Спускают требование — дайте ваши предложения. Вначале мы относились к этому очень серьезно: собирали ученые советы, проводили мозговые штурмы, рассматривали различные сценарии. Только после такой проработки выдавали свои предложения. А дальше ждали: вызовут, обсудим, совместно выберем оптимальный вариант. Но время шло — и никакой реакции. Создается впечатление, что предложения ученых не читают. А через какое-то время "сверху" снова запрос — дайте ваши рекомендации. И цикл повторяется. Как говорится, каков запрос — таков ответ. А на самом деле есть интереснейшие, глубокие исследования, их надо серьезно обсуждать с участием ведущих экономистов страны".

Каково общение многих чиновников с наукой, ученые Сибирского отделения знают не понаслышке — достаточно вспомнить хотя бы опыт прохождения в правительстве "Стратегии развития Сибири".

О том, как оценивает предложения комиссии по оптимизации бюджета видный экономист академик Н. Петраков, можно судить по названию его статьи — "Вышел Кудрин из тумана, вынул ножик из кармана" (Тр 15.04).

Лучший вид обороны — наступление

Руководствуясь этой истиной, Академия наук принимает упреждающие меры. Одна из них — переход на программно-целевые методы планирования научных исследований и разработок, что соответствует принятой правительством РФ программе по реформированию бюджетного процесса путем "...поэтапной замены затратного метода планирования и исполнения бюджета более прогрессивным методом, при котором планирование, выделение и расходование бюджетных средств обосновывается конечными социально-экономическими результатами...". Основополагающим принципом бюджетного финансирования предлагается БОР — бюджетирование, ориентированное на результат.

В Российской академии наук и у Сибирского отделения РАН имеется достаточный опыт программно-целевого планирования. По этому методу многие годы работала программа "Сибирь". Подобный опыт лежит в основе конкурсов, проводимых в СО РАН и, в первую очередь, конкурса интеграционных проектов.

РАН и СО РАН с 2002 года открыли путь к переводу "базовых" фундаментальных исследований на программно-целевые методы; недавнее очередное постановление Президиума СО РАН опубликовано в НВС N 14.

Детали реализации этих методов при подготовке бюджета СО РАН на 2004 г. будут обсуждаться в ходе апрельского годичного Общего собрания СО РАН.

Сокращения: И — "Известия"; НВС — "Наука в Сибири"; РНГ — "Российская научная газета" (спецвыпуск "Российской газеты"); Тр — "Трибуна".

стр. 6

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?9+246+1