Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 18 (2404) 16 мая 2003 г.

ВСПОМИНАЯ О "ФАКЕЛЕ"

Своими воспоминаниями и размышлениями об истории создания в новосибирском Академгородке Научно-производственного объединения "Факел" при Советском РК ВЛКСМ и его непростой пятилетней судьбе делится один из организаторов этой легендарной по меркам СССР организации новосибирец Александр Казанцев.

Дела давно минувших лет никак не тускнеют в памяти. Да и можно ли забыть о них, когда частенько кто-нибудь да спросит: "Почему же сегодня никто не воссоздаст НПО "ФАКЕЛ", ведь ничто не мешает этому". Но в том-то и дело, что ушло то время, когда это из ряда вон выходящее явление (по меркам тогдашних идеологов страны) могло появиться и как-то существовать. Сейчас нет для этого таких необходимых объективных условий, как способности предприятий финансировать создание новой техники. А в те времена были субъективные условия, ставшие и необходимыми, и достаточными для существования этой неординарной организации.

В этой связи не будет лишним сказать еще раз о выдающейся роли Лаврентьева Михаила Алексеевича, уважаемого и любимого всеми жителями новосибирского Академгородка, влиятельного и авторитетного руководителя СО АН СССР, верившего в энтузиазм и честность людей гораздо больше, чем в их порочность. В многочисленном и деятельном молодежном активе Советского района Новосибирска его уважительно и с любовью называли тогда "дедом", подчеркивая этим его мудрость и отеческое отношение к молодежи. Именно М.А. Лаврентьев создал в СО АН ту атмосферу творчества и энтузиазма, о которой с ностальгией вспоминают первооткрыватели Сибирского отделения.

Другим благоприятным фактором для молодежной инициативы был первый секретарь Советского РК КПСС Можин Владимир Потапович, поручившийся своим партбилетом за то, что в деятельности НПО "ФАКЕЛ" не будет ничего криминального. Да, тогда была такая пора, когда было кому и было за кого поручиться. Это он взял под свою ответственность создание и деятельность неординарного клуба "Под интегралом" и организованный впоследствии этим клубом фестиваль бардов.

А еще был тогда директором ВЦ СО АН Марчук Гурий Иванович, не испугавшийся предостережений юристов и экономистов и заключивший первый за всю историю комсомола хоздоговор академического института с райкомом комсомола.

И, конечно, не смог бы появиться "ФАКЕЛ", если бы здравый смысл управляющего Советским районным отделением Госбанка и управляющего Новосибирским областным отделением (к сожалению не запомнил их фамилий) не возобладал над давлением всесильных областных партийных чиновников. Но еще в большей степени рисковали своей репутацией и карьерой второй и третий секретари ЦК ВЛКСМ Торсуев и Пастухов. Для Торсуева любой скандал с "ФАКЕЛОМ" мог закончиться последним из многих строгих выговоров. Их он получил за организацию "несвойственной комсомолу" хозяйственной деятельности и за то, что он никак не хотел мириться с зазорной практикой попрошайничества, т.е. телефонных и письменных просьб к главным бухгалтерам местных организаций перечислить на счета РК, ГК и ОК ВЛКСМ "немножко денежек". Еще один строгий выговор Торсуев получил за организацию студенческих строительных отрядов, без которых трудно себе представить жизнь тогдашнего студенчества. Как говорили ближайшие сотрудники Торсуева, его комсомольская биография оставила глубокие шрамы в его личном деле, но не уменьшила его творческого характера и принципиальности. Выговоры эти так и остались в его личном деле, хотя начатая им практика была узаконена в финансово-хозяйственных инструкциях комсомольских организаций, разрешивших им в порядке получения так называемых привлеченных средств собирать макулатуру, металлолом, проводить платные концерты и прочее.

Если бы секретари Новосибирских обкомов партии и комсомола были такими же истинными коммунистами, как Торсуев! Если бы и они стремились или хотя бы не боялись фактически расширить понятие "прочее", как это делали все, кто работал в ЦК ВЛКСМ... Работа в ЦК ВЛКСМ накладывала свой отпечаток на их поведение: ведь они находились на вершине власти в комсомоле, но власти этой фактически не имели. Естественно, они хотели вершить большие дела и оставить свой след в истории комсомола, поэтому безграничные возможности "ФАКЕЛА" были для них очень привлекательны. Тогда вполне серьезно ставился вопрос о создании НПО по образцу новосибирского "ФАКЕЛА" непосредственно при ЦК ВЛКСМ. Эта идея не казалась абсурдной хотя бы потому, что бюджет ЦК ВЛКСМ образовывался в целом не за счет членских взносов, а от прибыли собственных, абсолютно автономных предприятий. Это — Бюро молодежного туризма "Спутник", базы отдыха и др.

Тогда за рубежом не было секретом, а в нашей стране мало кто знал, что финансовая мощь ЦК ВЛКСМ основывается и на прибыли, получаемой от деятельности Комитета молодежных организаций. А прибыль эта происходила в основном от продажи оружия в горячие точки мира. Понятно, что государство само, в открытую, не могло это делать, но оно не могло запретить такие акции общественным организациям (СССР называлась демократической страной). Автоматы, пулеметы, а также бронетранспортеры, танки, вертолеты — все это Комитет молодежных организаций покупал на складах Министерства обороны и перепродавал в Анголу, Мозамбик, Вьетнам, Лаос, Никарагуа и в десятки других мест, где, как тогда сообщали СМИ, народ восставал против насилия и произвола капитализма. Наши идейные противники не могли протестовать против этого, потому что их общественные организации делали то же самое. Об этом совершенно откровенно поведал секретарь ЦК ВЛКСМ Орел, когда он выступал перед комсомольским активом НГУ. Этого не скрывали и финансово-хозяйственные работники ЦК ВЛКСМ, по словам которых годовой бюджет составлял 95 миллионов долларов(!).

От тех времен остались великолепные дворцы молодежи, спортивные комплексы, базы отдыха и ...воспоминания об их использовании. Дистанция огромного размера, существовавшая между возможностями финансово-хозяйственной деятельности ЦК ВЛКСМ и первичных комсомольских организаций, не могла не волновать всех работников ЦК ВЛКСМ. Пройдя все ступени комсомольской карьеры они, конечно, хотели дать своим последователям те степени свободы для свершения подвигов, каких были лишены сами. Тщательность, с которой Торсуев и его помощники изучали отчеты о деятельности НПО "ФАКЕЛ", акты многих комиссий и ревизий, и то, как они основательно готовили решения, свидетельствовали об очень серьезном противодействии этому со стороны партийного ЦК. Все это было на моих глазах и при моем непосредственном участии в течение нескольких лет, поэтому я могу с полным на то основанием свидетельствовать, что жизнь "ФАКЕЛА" — это непрерывная борьба за его существование.

По большей части эта борьба была тайной с непонятной ролью ее участников и неожиданными событиями. Трижды исчезали уже подписанные всеми секретарями ЦК ВЛКСМ постановления об одобрении деятельности НПО "ФАКЕЛ" при Советском РК ВЛКСМ и приходилось заново инициировать их согласование. В 1980 году Президиум СО АН принял решение о создании НПО по образцу "ФАКЕЛА" при Президиуме Отделения. Вопрос этот был предварительно согласован в Госкомитете по труду и зарплате, в Госкомитете по науке и технике, в Министерстве финансов. На помощь в подготовке этого решения я потратил почти два года, специально для этого уйдя из "ФАКЕЛА". И вот, когда для достижения цели оставалось только зарегистрировать это решение в канцелярии и отправить его в Госкомитет по труду и зарплате, оно вдруг исчезло. Кстати, случилось это в тот момент, когда многочисленные недруги Лаврентьева "сломали ему крылья".

В течение полугода я вместе с сотрудниками журнала "Молодой коммунист" готовил статью о "ФАКЕЛЕ". С большим трудом и многими переделками она прошла согласования по всем уровням редакции и даже вне ее. Журнал с этой статьей уже печатался, когда по требованию 1-го секретаря Новосибирского ОК КПСС Горячева Ф.С. печатание было остановлено, он был сверстан заново уже без статьи о "ФАКЕЛЕ".

Сейчас следует сказать вслух то, что я тогда узнал от работников ЦК ВЛКСМ: потушил "ФАКЕЛ" главный в то время идеолог КПСС Суслов. Именно из его окружения исходили абсурдные утверждения, что финансово-хозяйственная деятельность несовместима с целями комсомола. Министр внутренних дел Щелоков, издавший вопреки своим полномочиям приказ о закрытии "ФАКЕЛА", не мог бы этого сделать без санкции Суслова.

Развал экономики нашей страны, начавшийся после свержения Хрущева в период беспредельного властвования Суслова при полнейшей бездеятельности Брежнева, — это не последствия стихии, а результат планомерного извращения принципов социалистической экономики. Доведение их до абсурда всяческими ограничениями, сковывание любой здоровой инициативы и полнейшая бесконтрольность к бюрократическому произволу — вот характерные черты тогдашней экономической политики. Ее первые проявления — губительное отношение к "ФАКЕЛУ", последние — это произвол современного дикого капитализма в стране.

Следует признать, что идеологами коммунизма в СССР оказались его противники, добившиеся, в конце концов, практической реставрации капитализма в большинстве территорий бывшего Союза. Надо было тогда еще понять, что их антагонизм ко всему положительному, что давал "ФАКЕЛ", объясняется не только их недомыслием или демагогией.

Среди надуманных ими обвинений против "ФАКЕЛА" чаще всего звучало, что он будто бы нарушает плановую систему распределения зарплаты, несанкционированно переводя деньги из безналичных в наличные. Это абсурдное утверждение легко опровергалось тем фактом, что в сумме так называемых безналичных денег, запланированных на проведение НИР, бывших источником финансирования для "ФАКЕЛА", уже была определена доля зарплаты. К тому же работы, выполнявшиеся в "ФАКЕЛЕ" по всем статьям расходов были во много раз меньше, нежели в других организациях. Например, зарплата на изготовление ячеек для вычислительных машин М-220 на опытном заводе СО АН и Барнаульском радиозаводе составляла 120-135 рублей, а студенты, неплохо зарабатывая на этом, получали сначала по 12 рублей, потом по 10 и 8 рублей за ячейку. В целом себестоимость работ в НПО "ФАКЕЛ" была от 5 до 17 раз меньше, чем в других организациях страны.

Никакая другая организация не могла сравняться с НПО "ФАКЕЛ" по способности оперативно объединять в единый производственный коллектив специалистов самых разных профессий для выполнения комплекса сложных, взаимно обусловленных работ. Такая необходимость обязательно и непредвиденно возникает при внедрении результатов науки в производство. Преимущество "ФАКЕЛА" было в том, что он не был обременен такими неизбежными для других организаций проблемами, как комплектование коллектива исполнителей, их профессионального обучения, обеспечения их жильем, социальными услугами, рабочими площадями, оборудованием, материалами, инструментами. Однако и это достоинство "ФАКЕЛА" выставлялось демагогами как порок: дескать, "ФАКЕЛ" паразитирует на ресурсах других организаций.

В верхних эшелонах власти у "ФАКЕЛА" были не только враги, но и доброжелатели. Именно они полулегально передавали мне Положения, Уставы ряда организаций с уникальными финансовыми правами. Это были прецеденты, ссылки на которые оправдывали существование "ФАКЕЛА".

Зарплата в "ФАКЕЛЕ" выдавалась через сберкассы, поэтому только слепые не видели там огромных очередей из более чем 5000 сотрудников СО АН и других организаций, получавших небольшую доплату к своей скромной основной зарплате. Увы, власть имущие оценили этот факт не как повышение жизненного уровня трудящихся, а как экономическую диверсию. Во всяком случае, так они это объясняли.

"ФАКЕЛ" просуществовал почти пять лет, непонятый и непризнанный в среде комсомольских и партийных деятелей. И это при том, что объем деятельности его только в финансовом исчислении был более 5,5 миллионов рублей, что превышало уровень крупнейшего в СО АН Института ядерной физики вместе со всеми его опытными производствами. С учетом себестоимости объем работ НПО "ФАКЕЛ" составлял более четверти общего объема хоздоговорных работ СО АН. Была реальная возможность сравняться по этому показателю и даже превзойти его. И это при том, что из государственного бюджета не было потрачено ни одной копейки.

Оглядываясь в прошлое с позиций сегодняшнего дня, нельзя не признать, что "ФАКЕЛ" стал убедительным доказательством огромнейших неиспользованных резервов социалистической системы хозяйствования. Она была утрирована и извращена до предела теми, кто в конце концов развалил ее. Нетрудно подсчитать, сколько десятков миллионов рублей дала стране инициатива комсомольской организации Советского района Новосибирска: ведь всего по стране было создано 16 подобных фирм. Следовало бы судить как уголовных преступников тех, кто загубил "ФАКЕЛ". Ведь причиненный ими ущерб стране, если оценивать его по объему прекращенной научно-технической деятельности, измеряется сотнями миллионов тогдашних (соизмеримых с долларом) рублей.

Многочисленные ревизии и комиссии, специально занимавшиеся отысканием нарушений (каждый месяц их было по две-три) так и не смогли найти искомого. Более того, в случаях, когда они не отделывались молчанием, то отмечали в своих решениях высокий уровень организации отчетной финансовой деятельности в "ФАКЕЛЕ".

25 молодежных клубов (с общим числом более 500 постоянных членов) было на бюджете Советского РК ВЛКСМ. А годовой бюджет райкома был в те годы около 500 000 рублей. Случалось нередко, что секретари Новосибирских ГК и ОК комсомола обращались за "материальной помощью" к непризнанному ими "ФАКЕЛУ". Потом это приняло форму постоянных отчислений, и Новосибирский ОК ВЛКСМ превзошел все обкомы и ЦК республик в стране по расходованию привлеченных средств. 150 000 рублей были перечислены Советским РК ВЛКСМ через счет ОК ВЛКСМ на создание скульптурного комплекса около Новосибирского оперного театра. Именно на эти деньги была отлита скульптура рабочего, держащего в руках факел.

Летом 1967 года, когда вопрос об утверждении НПО "ФАКЕЛ" был, казалось бы, решен, в ЦК ВЛКСМ приехала делегация Димитровского союза молодежи Болгарии. В порядке обмена опытом ей вручили все подготовленные к утверждению материалы по "ФАКЕЛУ". Болгары немедленно по всей своей стране создали по нашему образцу организации научно-технического творчества молодежи, а потом никак не могли понять несчастную судьбу их советских предшественников.

После волевого закрытия "ФАКЕЛА" многие десятки томов финансовой и научно-технической документации были предложены новосибирским государственному и партийному архивам, архиву СО АН. Однако их работники не сразу согласились взять на хранение документы под тем предлогом, что в них отражена несвойственная комсомолу деятельность.

С закрытием "ФАКЕЛА" в 1971 году его история не закончилась, потому что еще более 10 лет продолжались попытки его возрождения. Каждый раз, когда мне приходилось бывать в Москве, я обязательно заходил в ЦК ВЛКСМ. Я знал каждое следующее поколение работников ЦК ВЛКСМ в отделах научной и студенческой молодежи, а они знали все о "ФАКЕЛЕ" и пытались восстановить эту легендарную (по их словам) организацию. После многочисленных мутаций первоначальное положение об НПО "ФАКЕЛ" приобрело форму проекта постановления ЦК ВЛКСМ о Научно-техническом творчестве молодежи (НТТМ), которым можно было бы вполне гордиться. Активное участие в этом деле принимал Михаил Ходорковский, работавший в то время в аппарате ЦК ВЛКСМ, и ставший ныне самым богатым российским олигархом. Так что в какой-то мере я — крестный отец Ходорковского (шутка!). Хотя меня это не радует, потому что НТТМ осуществлено было самым извращенным образом. По времени это совпало с началом хаоса во всей советской экономике, и это, конечно, не было случайным.

Александр Казанцев,
бывший генеральный директор НПО "Факел"
при Советском РК ВЛКСМ.

Новосибирский Академгородок.

стр. 6

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?11+248+1