Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 30-31 (2416-2417) 15 августа 2003 г.

ПРОБЛЕМЫ СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВОГО УПРАВЛЕНИЯ
В НОВОЙ КНИГЕ СИБИРСКИХ ФИЛОСОФОВ

В Институте философии и права ОИИФФ СО РАН вышла в свет монография «Целевая составляющая и аксиологические основания правовой технологии: социально-философский аспект», написанная доктором философских наук А. Черненко и кандидатом филоских наук В. Бобровым. Наш корреспондент взял интервью у одного из авторов монографии, заведующего сектором общей теории государства и права института, профессора Альберта ЧЕРНЕНКО, организатора нового научного направления в правоведении, ориентированного на создание правовых технологий в правотворческой, правоохранительной и правоприменительной сферах жизнедеятелности общества.

Иллюстрация

— Любая печатная продукция, изданная с целью информирования общества о результатах научных исследований, ориентирована на конкретного читателя. Издавая данную монографию, вы, Альберт Константинович, кого имели в виду?

— Эта книга адресована, прежде всего, депутатам законодательных органов Российской Федерации и всем тем, кто интересуется проблемами социально-правового управления. Представленные в ней материалы могут привлечь внимание широкого круга российских избирателей.

— Чуть ли не у каждого человека, хотя бы раз столкнувшегося с правоохранительными или правоприменительными органами, в памяти остается такой термин, как «процесс» — уголовный, гражданский, судебный и т.д. Вы что, пытаетесь заменить термин «процесс» понятием «технология»?

— Действительно, на первый взгляд складывается впечатление о тождественности этих понятий. Однако это далеко не так. Чем они отличаются друг от друга? Тем, что «технология» предполагает наличие исходного замысла, запланированного конечного результата и процедур по его достижению. «Процесс» этого не имеет, так как представляет собой «последовательную смену явлений». Когда мы говорим о технологии правотворческой деятельности, то используемое нами понятие сразу же предполагает наличие социально значимой цели и средств по ее достижению.

Иначе дело обстоит с процессом, который возникает при определенных условиях и при наличии конкретных факторов. Например, некто Н. считает, что некто С. нарушил его авторское право и подает заявление в суд. С этого заявления начинается, скажем, гражданский процесс. В него вовлекаются новые люди, каждый из которых озабочен собственными интересами. Начинается состязание сторон, в котором побеждает тот, кто задействовал наибольшие ресурсы. Обратите внимание на содержание информации, транслируемой по радио, телевидению или в газетах с различных судебных процессов. В них явно доминируют интересы не тех, кто пострадал, а тех, кто нанес ощутимый ущерб стране или отдельным людям.

Мы часто становимся свидетелями повышенного внимания журналистов к лицам, совершившим преступления и взывающим к сердобольности. Но очень редко можно прочитать, услышать или увидеть на телеэкране информацию о судьбах тех, кто лишился по вине этих преступников, скажем, кормильца семьи. Все это закладывается логикой соответствующего уголовного, гражданского или судебного процесса, который при отсутствии единой и общепризнанной цели превращается в «состязание» сторон, где побеждает не общезначимый интерес, а интерес сильнейшего участника. Следовательно, технология упорядочивает процесс, придает ему социально значимое содержание.

— В чем проявилось такое «упорядочение» в вашей монографии?

— Объектом нашего исследования являются общественные отношения, а предметом в данном случае — цели и аксиологические (ценностные) основания правотворческой деятельности. Несмотря на обилие различного рода научных работ по теме общественных отношений, содержание таких понятий как «нравы» и «обычаи» между собой фактически не различается. В результате этого не менее туманными для основной массы членов общества представляются и нормы позитивного права. Нами эта задача решена. Это — во-первых.

Во-вторых, нами четко сформулированы ценности всех уровней интересов, в том числе общегосударственного уровня, базирующиеся на таких основаниях, как единство занимаемой территории и условия общественного разделения труда.

В-третьих, правотворческий процесс в монографии представлен как среднесрочное и долгосрочное планирование задач социально-правового управления обществом, что обязывает законодательные органы действовать по определенной технологии, предусматривающей познавательно-планирующий и организаторско-исполнительный этапы деятельности.

В-четвертых, нами разработаны цели для каждой из процедур правотворческого процесса.

В-пятых, ценностные основания правовой технологии в монографии представлены на основе таких ключевых понятий, как свобода, права, обязанности, ответственность, равноправие и справедливость.

— Вы затронули достаточно большое число острых вопросов, связанных с деятельностью не только правовой науки, но и властных структур российского общества. Какую вы предполагаете реакцию с их стороны на ваш труд?

— В монографии мы четко определили общегосударственный уровень интересов, детерминированный двумя факторами, которые никак нельзя игнорировать ни в научной, ни в государственной деятельности. Это — единство занимаемой населением страны территории и условия общественного разделения труда. Именно они диктуют органам государственного управления содержание их внешнеполитической и внутриполитической деятельности. Это — во-первых, Во-вторых, определением законотворческой деятельности как среднесрочного и долгосрочного планирования задач социального управления мы подчеркнули временный характер существующих законов (в т.ч. Конституции РФ) и их подчиненность внешнеполитическим и внутриполитическим задачам, обусловленным единством занимаемой территории и условиями общественного разделения труда. В-третьих, мы достаточно ясно выразили в книге условия достижения целей правотворческой деятельности. Для каждого читателя они очевидны и не требуют дополнительных доказательств.

Однако мы живем в условиях постоянно действующего противоречия, порожденного общественным разделением труда. Как потребитель каждый из нас, преследуя индивидуальные интересы и выражая тем самым общий интерес, желает иметь много разнообразных, качественных и дешевых товаров и услуг, но как у представителя той или иной профессиональной группы при решении своих должностных задач потребности меняются с точностью «до наоборот»: минимум затрат энергии и максимум доходов. На работу нанимаются не для того, чтобы работать, а чтобы зарабатывать себе на жизнь. Отсюда проистекает основная масса проблем, связанных с организацией общественной жизни как в рамках трудовых коллективов между отдельными людьми, так и в масштабах страны между профессиональными группами.

Искусство законодателей в том и заключается, чтобы своевременно находить способы разрешения данного противоречия с сохранением удовлетворительного самочувствия всех членов общества.

Мы полагаем, что люди, способные подняться до уровня общегосударственных интересов воспользуются нашей монографией для повышения эффективности своей работы. Мы разослали ее во все законодательные органы страны и уже имеем положительные отзывы о ней, а также предложения для дальнейшего сотрудничества.

стр. 10

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?26+258+1