Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

О газете
Редакция
и контакты

Подписка на «НВС»
Прайс-лист
на объявления и рекламу

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2018

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости
 
в оглавлениеN 23 (2708) 11 июня 2009 г.

ЗА ВКЛАД В БУДУЩЕЕ
ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

10 июня в новосибирском Академгородке состоялась пресс-конференция академика А. Э. Конторовича, лауреата премии «Глобальная энергия» 2009 года.

В. Макарова, «НВС»

Открывая ее, председатель СО РАН академик А. Л. Асеев подчеркнул значимость награды: «Международной премией "Глобальная энергия" ежегодно отмечаются наиболее выдающиеся достижения в области практической энергетики. По своему статусу и денежному содержанию премия сравнима с Нобелевской. Она была учреждена в 2002 году, поддержана научным сообществом и крупнейшими энергетическими компаниями, получила одобрение Президента и Правительства России. Главное значение премии — привлечь внимание человечества к тому, насколько важна энергетика для будущего, для обеспечения высокого уровня жизни. За свою семилетнюю историю "Глобальная энергия" стала действительно авторитетной наградой. В последний год число стран, участвовавших в номинационном процессе, расширилось до 46, а количество ученых, заявленных на главную энергетическую премию, превысило 1500 человек».

Напомним, что за 2003-2008 гг. лауреатами этой премии стали 17 известнейших ученых из восьми стран мира. Восемь из них — россияне: Г. А. Месяц — 2003 г., А. Е. Шейндлин — 2004 г., Ф. М. Митенков — 2004 г., Ж. И. Алферов — 2005 г., Е. П. Велихов — 2006 г., В. Е. Накоряков — 2007 г., О. Н. Фаворский — 2008 г., Э. П. Волков — 2008 г.

5 июня на Петербургском международном экономическом форуме состоялось вручение международной премии «Глобальная энергия»-2009. Она присуждена трем известным ученым. Профессор Брайан Сполдинг из Великобритании награжден «за многочисленные оригинальные концепции процессов тепло- и массообмена, которые в механике жидких сред и вычислительной механике жидких сред стали базой практических расчетов в энергетике». Двое россиян, академики Алексей Эмильевич Конторович и Николай Палович Лаверов — «за фундаментальные исследования и широкое внедрение методов поисков, разведки и разработки месторождений нефти, газа, урана, научное обоснование и открытие крупнейших провинций энергетического минерального сырья». Известно, что в настоящее время из нефти, газа, урана производится свыше 80 % всей мировой энергии. По существу, три этих энергоносителя и уголь являлись главными, поистине глобальными источниками энергии для человечества во второй половине XX века и будут таковыми большую часть нынешнего столетия. Исключительно велик вклад академиков А. Э. Конторовича и Н. П. Лаверова в создание сырьевых баз нефти, газа, урана общемирового масштаба.

Иллюстрация

На встрече с новосибирскими журналистами Алексей Эмильевич Конторович рассказал о сегодняшней и завтрашней географии нефтяной и газовой промышленности, дал некоторые прогнозы. Эта замечательная лекция будет опубликована в ближайшем номере «НВС».

Далее пресс-конференция шла в режиме диалога. Корреспондентов местных СМИ интересовало все: от реализации новых месторождений до личных увлечений академика.

— На Форуме шел разговор о ценах на нефть. Пожалуйста, расскажите, к чему пришли.

— Заместитель председателя Правительства РФ И. И. Сечин сделал основной доклад, объективно проанализировавший ситуацию. Затем кратко выступили специалисты-экономисты разных стран и руководители нефтяного бизнеса, как российского, так и зарубежного. Они все сказали одно: кризис кризисом, а энергия нужна человечеству всегда. Поэтому инвестиции в нефтегазовый комплекс должны продолжаться даже в трудных экономических условиях.

Потом было проведено тайное голосование. Каждый должен был обозначить цену на нефть, правильную, по его мнению.

Меня заранее спрашивали, как я считаю. Отвечу историей. В 70-е годы резко выросла цена на нефть. Кто выиграл? Только три региона мира: Северная Америка (в первую очередь США), Западная Европа и СССР. Потому что, если цена на нефть будет 10-20 долларов за баррель, то нерентабельно добывать нефть в Северном или Норвежском морях, на больших глубинах Мексиканского залива, на Аляске, на севере Западной Сибири. Конечно, арабские страны при своей низкой себестоимости добычи будут получать сверхприбыль. А если мы не хотим зависеть от них, хотим развивать нефтяную и газовую промышленность, то цена нефти неизбежно будет расти. Добыча перейдет с обжитых мест в более тяжелые районы. Так, я сказал, что моя цифра 70-80 долларов за баррель.

Голосование проводилось дважды. Первый раз голосовали все участники круглого стола, кроме руководителей нефтяных компаний. А второй раз — нефтяники. Оценки всех свелись к тому, что средняя цена нефти на рынке должна быть в районе 70-90 долларов за баррель. Эта цена позволит нашей экономике работать стабильно.

— Премию «Глобальная энергии» часто называют «Энергетическим Нобелем». Однако в отличие от Нобелевской каждый раз среди лауреатов есть российские ученые. Мы действительно в области энергетики впереди планеты всей?

— Я думаю, что россияне несправедливо часто не получают Нобелевские премии. Есть много случаев, когда бесспорно достойные кандидаты от нашей страны были отклонены по причине дискриминационных решений (антисоветских, антироссийских). Конечно, Нобелевских лауреатов у нас должно быть значительно больше, если судить по вкладу России в мировую науку.

Если, кстати, проанализировать за что чаще всего российские физики получали премии в XX столетии, то очевидно — за энергетику, за сверхпроводимость.

Премия «Глобальная энергия» — международная. Присуждает ее комитет в составе 30 ведущих мировых ученых. Понятно, что это решение весомо. А попадание россиян в лауреаты подчеркивает выдающийся вклад нашей науки в развитие мировых топливно-энергетических комплексов. Считаю, что это объективно.

— К настоящему времени открыто много новых месторождений. В какой степени ведется их разработка?

— Советская плановая экономика и нынешняя рыночная — очень разные. Если владелец отдельного месторождения, скажем, Верхнее-Чонского, которое находится в 2000 км от ближайшего нефтепровода, начнет сам его разрабатывать, то он разорится. Нужна регулирующая роль государства. Как только было принято решение о строительстве нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий Океан» и определена траектория прокладки, все компании срочно взялись разрабатывать близлежащие месторождения, обустраивать их. Не всегда наши компании инвестируют трудные рискованные проекты. Это специфика рыночной экономики.

— Получив денежную премию, вы предполагаете внести благотворительный взнос в развитие науки?

— Несколько лет назад, когда мы вместе с академиком А. П. Деревянко получили премию «Триумф», мы учредили премию для двух молодых ученых СО РАН и выделили на нее деньги. Сейчас мы обсуждаем с академиком Н. П. Лаверовым этот вопрос, но окончательного решения еще не приняли. Те деньги, которые мы получили, для одного человека — большие. Для Института нефтегазовой геологии и геофизики — это три дня работы.

Приведу еще пример. Только в 2008 году ИНГиГ заработал около 300 млн руб. Мы покупаем 7-10 квартир в год и бесплатно передаем их молодым специалистам. Мы могли бы существенно увеличить зарплату, но решили, что жилье — важнее. Мы покупаем много оборудования, ведем исследования. Институт работает со многими нефтяными компаниями в России, стабильно имеет заказы «Газпрома» и «Роснефти» и других. Традиционно выполняем заказы зарубежных компаний: китайских, японских, американских, европейских. В нашем институте мы стремимся, чтобы и фундаментальные, и прикладные исследования развивались гармонично и дополняли друг друга. Мы не сможем выдержать конкуренции на нынешнем рынке человеческого труда, если не будем платить хорошую зарплату.

К сожалению, чем лучше я учу студентов у себя на кафедре, тем быстрее и активнее их забирают нефтяные компании. Вот вчера закончила работу в НГУ государственная аттестационная комиссия, а уже примерно треть выпускников знают место работы, определились с компаниями. Это плохо, но хорошо.

— Некоторые СМИ приводят ваши слова, что в России нет смысла развивать альтернативные энергетические источники. Это действительно ваша позиция?

— Все надо делать разумно. Ветры лучше всего работают у берегов моря. Но у Северного Ледовитого океана ставить ветряные мельницы мы не будем.

Я однажды был в Израиле, там на каждом доме стоят солнечные батареи. У нас нет такого тепла и солнца, и поэтому эффекта от батарей не будет. Это альтернатива, которую надо использовать в тех районах, климатические условия которых позволяют это делать. В тропиках быстро растут растения, там есть смысл развивать биотопливные технологии. В России, если сейчас будем развивать альтернативные технологии за счет переработки зеленой массы, то окончательно угробим сельское хозяйство. В нашей стране есть возможности: у нас пропадает огромное количество отходов лесной промышленности. В этом случае отрабатывать технологии необходимо. Но это надо решать в каждом конкретном случае. Я не думаю, что в наших природно-климатических условиях это заменит более мощный источник энергии.

— Есть такая проблема, как недоработка месторождений, «снятие сливок». Какова ваша оценка ситуации?

— Есть много легенд, созданных не очень добросовестными представителями СМИ о том, что мы такие хищники и так разбазариваем свою нефть и газ, что хуже нас нет на планете. Это неправда. В основном, месторождения разрабатываются разумно, по подготовленным схемам. Другой вопрос в том, что нужен более тщательный контроль со стороны государства. Ошибки есть, они были всегда. Но массово работы на месторождениях ведутся грамотно и рационально.

Из газеты в газету ходит утверждение, что у нас низкий коэффициент извлечения, а где-то там высокий. Отвечу — это зависит от условий, места и времени. Вот на Самотлорском месторождении есть пласт Б-8 с хорошим коллектором. Там коэффициент извлечения был достигнут до 98 %. Такого нигде не бывало. Бывают места, где породы больше сорбируют на себя нефть, там просто нельзя получить больше, чем идет отдача.

В Волго-Уральской провинции песчаник преимущественно кварцевый, а в Западной Сибири — полимиктовый. И коэффициент извлечения просто теоретически не может быть одинаковым при современных методах разработки. А завтра пойдем на большие глубины, в новые горизонты, где резервуары нефти и газа уплотнены и по качеству хуже в силу давления массы пород. Соответственно, коэффициенты извлечения будут ниже.

Конечно, мы должны принимать все меры, искать новые технологии для увеличения коэффициента нефтеотдачи, но обвинять наших тружеников-нефтяников нельзя.

— Не рентабельнее ли разрабатывать угольные месторождения, развивать угольную промышленность?

— Почти нигде в мире угольная промышленность не развивается так медленно, как у нас в стране. Единственный регион, который вышел на советский уровень добычи угля — это Кузбасс.

В будущем возрастет роль угля в энергетике. Но должны быть новые методы добычи, переработки. Должна быть экологически чистая угольная энергетика. В Академии наук, в том числе в институтах СО РАН, есть много наработок. Когда мы разрабатывали программу взаимодействия с экономикой Кузбасса, то был предложен целый ряд проектов. Но все тормозится в условиях кризиса, инвестировать нечем. В принципе, конечно, надо увеличивать добычу угля. Надо только понять вот что. Главные угольные бассейны — в Сибири, основная часть населения — в европейской части страны. При существующих тарифах на железнодорожный транспорт, уголь становится дорогим. Есть конкурент — газ. Его продаем сегодня ниже стоимости, газовые компании живут только за счет экспорта. Получается, что уголь продаем по мировым ценам, а газ — по дармовым. Пока не выровняем цены, угольная промышленность будет угнетена. Это надо исправлять, и правительство это понимает. Это учтено в Энергетической стратегии России, одним из разработчиков которой я являюсь. Но наши планы на бумаге — это одно, а реальная экономика — другое. Пока сдвинуть эту тенденцию не удается.

Есть тревожные сигналы. В США в 2000 г. добывали 800 млн т угля, а в 2006 г. — 1 млрд 200 млн т. В Китае в 2000 г. добывали 1 млрд т угля, в 2006 г. — 2,5 млрд т. В нашей стране до этого далеко. Нам надо в разумных масштабах, грамотно выстроив государственную ценовую политику, развивать угольную промышленность. Но добывать, перерабатывать, обогащать уголь не устаревшими дедовскими методами, а используя современные технологии. Многие из них уже есть, в том числе в Сибирском отделении. Надо их только запустить в дело. Кемеровская администрация даже в кризисное время вместе с нами борется за реализацию Программы по развитию Кузбасса. Полагаю, что вскоре начнем действовать, и результаты не замедлят появиться.

Фото В. Новикова

стр. 2

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?5+506+1