Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 10 (2845) 7 марта 2012 г.

МИНОРИТАРНЫЕ ЯЗЫКИ
НЕОБХОДИМО СОХРАНИТЬ!

21 февраля, в День родного языка, в передаче «Встречи на Вертковской» обсуждалась проблема сохранности языков и этносов в меняющемся мире.

Е. Садыкова, «НВС»

Россия — страна многонациональная, здесь проживает около 180 народов, носителей разнообразных языков, многие из которых, к сожалению, утрачиваются. Это так называемые миноритарные языки, языки представителей малочисленных (от 50 тысяч до 1 человека) народов. Правда, подобная ситуация наблюдается во всем мире. На вопросы, стоит ли сохранять эти языки, чтобы информация осталась потомкам и науке, или нет смысла, ведь они всё равно вымирают; грозит ли эта печальная участь русскому языку, впитывающему в себя множество иностранных слов; что конкретно делается нашими учёными и государством для их сохранения и др., отвечали заведующая лабораторией экспериментально-фонетических исследований Института филологии СО РАН Ираида Селютина и старший научный сотрудник лаборатории экспериментально-фонетических исследований Николай Уртегешев.

По словам Ираиды Селютиной, половина из 6000 языков, функционирующих в мире, исчезающие. Ежегодно мы утрачиваем около 10 языков. К сожалению, эта тенденция сохраняется и в настоящее время. Поэтому перед нами стоит задача предпринять все усилия для того, чтобы языки малочисленных народов Сибири, Севера и Дальнего Востока не были утеряны безвозвратно. Для сибирских учёных эта задача особенно актуальна, потому что половина из носителей 63 языков, являющихся миноритарными и вошедшими в Красную книгу языков народов России, проживают за Уралом, на территории Сибири, Дальнего Востока и Севера.

Казалось бы, подумаешь, ушёл язык, на котором говорит один или даже сто человек. Что изменилось? Но ведь каждый язык — это отражение своеобразной, совершенно неповторимой картины мира, которая создана данным народом, отражение его философии, менталитета. Ребёнок усваивает родной язык, буквально впитывая его с молоком матери, у него формируется определённый тип сознания, представления о родной культуре, традициях. Он усваивает опыт предков, потому что в языке сохраняется история народа. И если какой-то язык исчезает, это потеря для всего человечества. В многокрасочной языковой палитре мира пропадает ещё одна краска, а хотелось бы видеть мир во всем многоцветии.

На вопрос, может ли обучение северных народов русскому языку способствовать постепенному исчезновению их родного языка, или мы должны говорить об обратном процессе, Николай Уртегешев ответил:

«Обучение русскому языку происходит давно, и северные народы переходят на русский, теряя свои языки. К сожалению, они исчезают бесследно, учёным всего не охватить, и только благодаря активистам, поддерживающим родные языки, передающим их своих детям, удается что-то зафиксировать, сохранить».

Политика государства по отношению к малым народам отличалась в разные периоды истории, и в этом наша страна не уникальна. После революции создавались национальные школы, разрабатывались письменности, учебники, формировались национальные литературы, словом, процесс сохранения шёл активно. После войны во всем мире проводилась политика, направленная на ассимиляцию малых народов. Казалось, что эти языки не нужны, человечество взрослеет в процессе развития. Делалась попытка создать единую историческую общность — советский народ, и единый язык — Великий и Могучий, а остальным предоставлялась возможность спокойного угасания. И только в 80-е годы прошлого столетия во всем мире пришло понимание недопустимости такого подхода, необходимости принимать меры для сохранения и поддержания языков сколь угодно малых народов.

В нашей стране в 90-е годы был принят ряд прогрессивных законов, направленных на сохранение этносов малочисленных народов и их языков. По этим законам языки признаются объектом этнолингвологии, национальным достоянием и историко-культурным наследием. Государство обязано их поддерживать и сохранять. Предпринимались решительные шаги для осуществления этих намерений, в частности, в НГУ была создана кафедра языков и фольклора народов Сибири. Из среды алтайцев, хакасов, тувинцев было подготовлено множество специалистов по этим языкам. Но, к сожалению, уже в прошлом году в группу не было набора, всему виной стал переход на Болонскую систему.

Журналисты поинтересовались, что в первую очередь заимствуется из русского языка, ведь бытует устойчивое мнение, что это, как правило, ненормативная лексика. По словам Ираиды Селютиной, заимствуются чаще всего определённые лексические элементы, причем люди зачастую не замечают, как переходят с одного языка на другой, это для них естественно. Фонетический артикуляторный уровень как наиболее устойчивая, автономная система языка меньше всего подвержен изменениям. Поэтому изучение артикуляционно-акустических баз (чем, собственно, и занимается лаборатория экспериментально-фонетических исследований), способствует изучению истории народа.

Артикуляционная база формируется на самом раннем этапе возникновения этноса и сохраняется в основных доминантных чертах на протяжении веков, даже если в процессе исторического развития народ попадал под влияние других и переходил на язык завоевателей, при условии, что народ сохранился как компактная общность. Это дает учёным возможность восстановить историю конкретного этноса, историю языка, конечно сверяясь с данными других дисциплин — истории, археологии, этнографии и пр.

«Последние годы мы работаем с Международным томографическим центром и Институтом химической биологии и фундаментальной медицины, изучаем особенности артикуляции. Раньше это делалось с помощью рентгена, сейчас используем томографию. МТЦ разработал для нас специальную программу, благодаря которой можно наблюдать процессы в динамике. Грамматику можно зафиксировать на бумаге, с фонетикой всё иначе. Уходят носители языка, поэтому надо успеть» — сказал Николай Уртегешев.

«Наши исследования уникальны выбором объектов. Широкомасштабного изучения языков Сибири и Дальнего Востока не проводится больше нигде. Что касается томографических, рентгенографических исследований артикуляции, они проводятся в Америке, Англии, Франции, Японии, в этом вопросе мы не являемся пионерами, но у нас разные объекты исследования и, возможно, разные подходы. Когда у нас будут готовы существенные наработки, интересно будет провести сопоставительные исследования с зарубежными коллегами», — заметила Ираида Селютина.

стр. 8

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?21+626+1