Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

О газете
Редакция
и контакты

Подписка на «НВС»
Прайс-лист
на объявления и рекламу

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2017

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости
 
в оглавлениеN 14 (2899) 4 апреля 2013 г.

ЧЕЛОВЕК СЕВЕРА

В 2012 году доктор геолого-минералогических наук Александр Васильевич Толстов переехал из Якутии в новосибирский Академгородок. Сегодня первооткрыватель Томтора — ведущий научный сотрудник Института геологии и минералогии им. В. С. Соболева СО РАН.

Е.А. Плитченко, специально для «НВС»

Иллюстрация

Александр Васильевич за рабочим столом. Рядом непременные научные журналы, книги, шкафы с отчётами, образцы. За окном мерно покачиваются верхушки сосен. Он совсем не похож на хрестоматийного учёного: ни белого халата, ни гривы седых волос, ни отрешённости от мира, свойственной порой людям науки. Очень быстрый, рациональный и пытливый ум исследователя, может, таким был Ньютон, Кюри или Ломоносов? В поисках истины научная мысль проходит сквозь миллионы лет, как бур сквозь толщи породы. Живое и активное восприятие жизни, желание понять причину.

Встав однажды на путь исследователя, с него не сойти — нечестно! Не в геологических традициях отступать, не в геологических традициях предавать. Толстов — человек, навсегда «заболевший» геологией, сохранивший в себе тот юношеский порыв, с которым когда-то студентом геологоразведочного техникума прибыл в Южную Якутию. Он упорно идёт к своей цели: по жизни, как по геологическому маршруту — сквозь пургу и ледяной ветер, когда кажется, что это природа преграждает путь, охраняя свои тайны.

Взгляд растворяется в воспоминаниях: как давно было начало, как много в прошлом. События проходят чередой.

Ему пять. Совпадение: в его день рождения учредили День геолога. По радио пели «Держись геолог, крепись геолог», маленький Александр шлёпал по лужам в сапогах и тоже пел — такая яркая картинка из детства.

Кто такой геолог, узнал много позже. Старшая сестра, закончив восьмилетку, вдруг пошла в геологоразведочный техникум. А когда она училась на втором курсе, в 1974-м, начался БАМ. Она приезжала, рассказывала про геологов, привозила цветные красивые камни, название которых он уже знал, и заронила зерно в благодатную почву. После восьмого класса Александр поехал и поступил в Старооскольский геологоразведочный. Потом была первая практика — Якутия и позже Средняя Азия, Кызылкум. Интересно становилось, хотелось нарисовать разрез или карту, и решил продолжить обучение: поехал и поступил в Воронежский университет, отучился, стал инженером-геологом и по окончании в 1985-м поехал в Якутию по распределению. И задержался там на долгие 27 лет.

Впервые он попал на Томтор в 1985 году. Знаменитый «Полюс холода», где средняя температура зимой — минус 61. Был ноябрь, уже начиналась полярная ночь, длящаяся почти три месяца. Семидесятые северные широты: в ноябре солнце прячется за горизонт и до февраля вокруг кромешная тьма, как под многометровым слоем льда на дне Ледовитого океана. Если что случится, надеяться можно только на себя и товарищей. Свыкнуться с тем, что ты постоянно находишься в экстремальной ситуации — самое важное, и это останется навсегда.

Ехал однажды по тайге, и вдруг упавшей лесиной у трактора выбило заднее стекло. И вот внутри, где должно быть тепло — мороз, как на улице. Ежился, ехал, трясясь от холода, а впереди ещё километров 40. Но добрался.

А вот одного случая не забыть никогда. Апрель месяц, как раз день рождения, а ещё исполнился годик дочурке — в один день с ней родились. Отошел от буровой, и внезапно налетела пурга — в двух шагах ничего не видно. А нужно было в пределах одного километра найти и показать буровикам следующую точку. Буран воет, буровую не слышно. Вроде справа гудит, шел туда — нет, теперь гудит слева. Ползал-ползал, устал и сел на снег. Смешно, и слезы текут и замерзают сразу. И снег убрать с лица нет сил. Холодок по спине: Всё... Вот оно, кончилось. Только год отработан на участке. Но Бог миловал — обошлось.

Десять лет руководства геологической службой крупнейшей в России Ботуобинской геолого-разведочной экспедиции «АЛРОСА». Был успех. Нашли алмазную трубку Майскую, вопреки всему: район уже был опоискован. Толстов — в составе первооткрывателей. Вначале Майская считалась маленьким месторождением, сейчас переведена в разряд крупных: в одном ряду с Юбилейной, Удачной, Нюрбинской и Ботуобинской. Написанная Толстовым в составе группы учёных монография «Карбонатитовые месторождения России» была отмечена премией А. Н. Косыгина.

Александр Васильевич официально признан первооткрывателем редкометального месторождения Томтор, рассекреченного только осенью 2012 года. Удача с первых дней в геологии сопутствовала — ещё в юности, в 1979-м, на практике составляли геологическую карту, по которой позже было открыто Эльгинское угольное месторождение. Не каждому работающему в Якутии геологу выпадает честь получить высшую награду — звание Заслуженного геолога Якутии. Это свершилось спустя ровно 30 лет, как Александр Васильевич ступил на якутскую землю, причём день в день. А вскоре присвоили звание Почётного разведчика недр РФ, что тоже обязывает. Тридцать лет Якутии были отданы не напрасно.

На заре алмазной геологии были заложены основные традиции, которые продолжаются. Каждой весной, с первыми криками перелетных птиц в сердце острой иглой одно — «в поле!» Это будто зов недр, где столько ещё секретов, загадок, будущих открытий. Весной — в поле! Традиция каждого настоящего геолога. Ещё есть традиция профессиональная: если описывается точка наблюдения или кусок керна, геолог это обязательно видел, щупал. Нет в геологии такого, чтобы проба была отобрана не там, где заявлена. Отчётам геологов можно доверять, это надёжные люди.

Есть у Александра Васильевича девиз: «Бороться и искать, найти и не сдаваться». А ещё ни о чем не жалеть: это, видимо, такая фатальная вера в судьбу. Много ошибался, порой совершал поступки, которые, казалось, были неизбежны и кем-то запрограммированы. Но упорно шёл вперед. Позже понимал: без этого не было бы следующего шага, приведшего к успеху. Он хотел работать на Индигирке, где нравилось и ждали, а начальство решило — в Амакинскую экспедицию. Приехал на место и попал на руды. Так Толстов стал единственным геологом на Томторе: тот, который работал до него, ушёл на повышение. Судьба направила. И в жизни так: приехал женатым человеком. Через шесть лет семья распалась. Сегодняшний Александр Васильевич верен себе: «Было тяжело. Но о чем жалеть: не сложилось? Но не могло сложиться, она москвичка, я — северянин. А через несколько лет повстречал Единственную, с которой мы обвенчались и вместе уже 17-й год. А бросил бы Север — не стал бы собой. Жалеть не о чем».

Толстов знаком со многими из плеяды первооткрывателей. Памятна встреча с геологом Б. А. Секачом, во многом определившим судьбу молодого Александра, С. С. Каримовой, Героем Социалистического Труда, разведавшей Нерюнгринское месторождение, с Н. Н. Сарсадских, разработавшей пироповую съёмку, по которой Л. А. Попугаева нашла первую алмазную трубку. Дорожит Толстов дружбой с легендарным В. Н. Щукиным, открывшим трубки Удачную, Интернациональную и Сытыканскую. В числе знакомых Толстова и В. П. Рощин, первооткрыватель трубки Юбилейной, Н. М. Горохов, один из первооткрывателей трубки им. XXIII съезда, Е. Н. Елагина — первооткрыватель трубки Мир, А. А. Васильев, С. Д. Черный и Э. Н. Эрлих.

В Новосибирске Александр Васильевич возрождает тему «Редкие земли в России». Месторождения редкоземельных элементов мало разведаны, но потребность в них высока: всё новые композиты, материалы в электронике, оборонной, ядерной, космической, авиационной технике изготавливаются с их применением. В первое десятилетие нового века в мире сложилось так: редкоземельные элементы (иттрий, европий, тербий, лантан, тантал, ниобий, бериллий, литий и другие) производил только Китай, лидирующий по их запасам. Он поставлял РЗЭ на мировой рынок по доступным ценам и сам постепенно наращивал их потребление. Как только внутри страны стала использоваться их большая часть, поставки на мировой рынок были прекращены. Позже Китай возобновил экспорт, но по ценам в десятки раз выше прежних. Возник дефицит, весь мир стал искать новые источники.

Россия имеет колоссальную ресурсную базу «редких земель»: второе место по запасам и первое по ресурсам благодаря Томторскому месторождению. Это направление перспективно и через несколько лет будет востребовано наравне с нефтью, рудными элементами, металлами и алмазами. В Новосибирской области потребность в РЗЭ высока и продолжает увеличиваться. Намеченный Правительством РФ курс на глобальное переоснащение Вооруженных сил напрямую связан с внедрением их в оборонной промышленности. «Гражданские» высокотехнологичные производства также не обходятся без редкоземельных элементов. Благодаря создаваемой на базе Института геологии и минералогии им. В. С. Соболева СО РАН лаборатории по изучению месторождений стратегически важных РЗЭ в России коллективу новосибирских учёных в будущем может принадлежать пальма первенства в этом направлении.

Толстов — человек творческий, автор очерков, научных работ, двух художественных книг: эссе «Геологи Эбеляха» и биографической повести «Первая практика», активно работает над третьей. Его проза посвящена тем, кто прошел испытание Севером, памяти ушедших, а ещё — студенчеству и молодёжи, выбирающей профессию. Ведь главное — не бояться трудностей. Вспоминается не эйфория от успехов, а самое тяжёлое — когда шли по тайге 12 часов кряду, ноги подкашивались. И вот — счастье, остановиться, припасть к оттаявшей в мерзлоте лужице, пить из неё кристально чистую воду и видеть, как в ней небо отражается, иголочки лиственницы плавают. И вкуснее этой воды в жизни ничего быть не может, а если в кармане сухарь завалялся — совсем хорошо!

Александр Васильевич за удобным, но простым столом, рядом микроскоп, пробы в пластиковых контейнерах, образцы. Что теперь? Руки его лежат у клавиатуры компьютера, на мгновенье застыли — для них это непривычно, они всегда в движении. Взгляд устремляется за окно, на верхушки растущих возле института сосен и дальше к горизонту. Кажется, ещё немного, и Толстов, человек Севера, увидит ставший самым важным в жизни Томтор. До свидания, Якутия — здравствуй, Сибирь!

стр. 5

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?7+675+1