Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 36 (2522) 16 сентября 2005 г.

НОВОСИБИРСКИЙ ФИЛОЛОГ —
ЛАУРЕАТ АКАДЕМИЧЕСКОГО КОНКУРСА

Игорь Силантьев — доктор филологических наук, профессор, заместитель директора Института филологии СО РАН, автор более 100 научных работ, в том числе 14 книг по теории литературы и семиотике, методике преподавания русского языка и литературы, специализированному образованию одаренной молодежи, главный редактор журнала «Критика и семиотика», заместитель главного редактора «Сибирского филологического журнала». В 2005 году ученый назван лауреатом конкурса «Выдающиеся ученые. Доктора и кандидаты наук» Фонда содействия отечественной науке в номинации «Доктора наук».

Николай Петров, наш корр.

— Игорь Витальевич, каковы направления вашей научной деятельности?

Иллюстрация

— Таких направлений, по меньшей мере, два. Первое и основное — это участие в коллективной работе над «Словарем сюжетов и мотивов русской литературы», возглавляемой директором Института филологии чл.-корр. РАН  Е. Ромодановской. Это уникальный по своему новаторству и научному масштабу проект, развивающий идеи выдающегося русского филолога академика А. Веселовского и сосредоточенный на детальном научном описании и систематизации литературных мотивов и сюжетов, получивших в русской литературе древнего и нового периодов свое регулярное выражение. Основанием всякого национального языка выступает его словарь как средоточие коренных идей и образов народа. Также и в литературе — на основе богатейшего фонда устойчивых, характерных мотивов и сюжетов вырастает все многообразие конкретных литературных произведений. При этом словарь мотивов и сюжетов обнаруживает не только образную глубину русской литературы, но и в явной форме показывает ее широкие связи с другими литературами и с мировой культурой в целом. Работа над словарем ведется уже в течение десятилетия, и в проект вовлечены не только научные сотрудники Института, но и филологи многих отечественных и зарубежных университетов и научных институтов. Вокруг проекта проводятся ежегодные конференции, публикуются монографии и сборники трудов. Первый, экспериментальный выпуск словаря, опубликованный в 2003 году, вошел в список важнейших достижений РАН по гуманитарным наукам.

Другое направление — теория литературы. Этот проект направлен на изучение дискурсной природы современной русской литературы. Писатель классического периода в своем произведении стремился создать некий особенный художественный мир — без сомнения, соотнесенный с реальностью, но все равно мир другой, подчиненный законам литературной эстетики. Такие миры в своей художественной особенности и поныне живут в нашем сознании — к примеру, миры «Мертвых душ», «Анны Карениной», «Братьев Карамазовых» и др. Современный писатель радикально раздвигает границы своих произведений, зачастую просто уничтожает их, и литературное произведение становится прямым продолжением философского трактата, политической программы или газетного репортажа. Вторжение в литературный текст реальной речевой стихии, языков улицы, средств массовой информации, политики, рекламы коренным образом влияет на восприятие произведения читателем и изменяет саму роль литературы в обществе. Вот эти вопросы и находятся в центре внимания.

— Вы являетесь заведующим кафедрой массовых коммуникаций факультета журналистики НГУ. Каким образом сочетается ваша научная работа и деятельность в университете?

— Самым непосредственным образом. Современная филология находится в стадии активного расширения предмета своих исследований. Мир в XXI веке очень динамичен и противоречив, и роль языков, будь то естественные языки или языки культуры, роль самого общения и различных коммуникативных систем резко возросла. В этой ситуации филолог, как мне представляется, не может ограничиваться изучением, так сказать, высокой литературы и только. Филолога, образно говоря, ждут на улице, в сферах массовой информации, на многообразных площадках политического общения, во многих других областях социальной жизни. Журналистика, как никакая другая сфера коммуникативной деятельности, требует глубокого и точного филологического изучения — ведь только научные модели процессов, происходящих в средствах массовой информации, помогут обществу, в здоровом смысле слова, воздействовать на эту важнейшую коммуникативную среду с целью ее социальной оптимизации. Факультет журналистики НГУ, с одной стороны, очень молод и открыт образовательным новациям, с другой стороны — в своем развитии опирается на ученых-гуманитариев университета и институтов Сибирского отделения РАН и на опыт деятельности классических факультетов журналистики Московского и Санкт-Петербургского университетов. Важное внимание на факультете уделяется и развитию специализации в области научной журналистики — это также мне очень близко, поскольку я сам участвую в работе четырех российских и одного зарубежного научного журнала.

— Каким образом вы, выпускник ФМШ, пришли в филологию?

— В физико-математической школе всегда немало гуманитарно мыслящих учащихся. Гуманитарии получались из физматшкольников и до и после меня. Среди них есть кандидаты и доктора филологических, исторических и философских наук. Да и вообще, по моему глубокому убеждению, между гуманитарными и естественными науками нет непреодолимых границ. Филологи прекрасно находят общий язык с математиками (с одной стороны, это выражается в существовании направления математической лингвистики, с другой — известно пристальное внимание математиков к проблемам языкового значения и логических механизмов языкового выражения смысла). Есть общие темы и проблематика у филологов и физиков, в частности, на поле современной экспериментальной фонетики. С науками о Земле филологию роднят общеметодологические представления об уникальности и историчности объекта научного исследования. Что же касается ФМШ, меня в этой школе приобщили к традициям точного и корректного научного мышления — и этим я особенно благодарен моим учителям профессору Евгению Ивановичу Биченкову и академику Юрию Ивановичу Шокину, у которых я слушал лекции по физике и математике. Особый поклон — профессору Кириллу Алексеевичу Тимофееву, по учебникам которого, непревзойденным в своей точности и научности, я в этой школе изучал русский язык. Да и сейчас у меня есть уникальная возможность, так сказать, продолжать обучение у моих коллег — математиков, физиков, химиков, биологов, информатиков. Дело в том, что мне посчастливилось (именно так) более десяти лет назад начать работать в этой школе, ставшей к тому времени масштабным учебно-научным подразделением университета, — сначала ученым секретарем, а затем, уже по совместительству, заместителем директора по научной работе.

— И последний вопрос — расскажите, как вы стали лауреатом Фонда?

— По правде говоря, я этого не ожидал. Я знал, что там очень жесткий конкурс (так, по филологии в номинации «Доктора наук» вышло всего три места на всю Российскую академию наук), участники конкурса — все известные и сложившиеся специалисты, главой Фонда является Президент РАН академик Ю. Осипов, отбор проводят ведущие академики РАН  Ж. Алферов, Н. Лаверов, Г. Бонгард-Левин и др. Институт направил документы, потом я об этом благополучно забыл, и вдруг — сообщение в «Поиске». Конечно, было приятно. Но, по крупному счету, этим я обязан своему институту — уникальному научному учреждению, единственному за Уралом комплексному академическому центру в области филологии, входящему в состав Сибирского отделения РАН.

стр. 5

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?5+346+1