Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 11 (2546) 17 марта 2006 г.

РАКЕТОПАД ПОД НАУЧНЫМ КОНТРОЛЕМ

Специалисты утверждают: несмотря на жгучие проблемы современного мира, человека более всего тревожит экологическая незащищенность. А вообще сегодняшние беды вобрали в себя все краски экономического, экологического и этносоциального неблагополучия. Алтай к числу благополучных районов не отнесешь. В пределах горных ландшафтов Алтае-Саянского региона (Алтайский край, Республика Алтай, Хакасия, Тыва) находится шесть районов падения отделяющихся частей вторых ступеней ракет-носителей «Союз» и «Протон».

Оценка влияния падения вторых ступеней ракет-носителей на окружающую среду поручена лаборатории биогеохимии Института водных и экологических проблем СО РАН. С заведующим лабораторией, заместителем директора по научной работе доктором биологических наук Александром ПУЗАНОВЫМ беседует наш корреспондент Валерия МАКАРОВА.

Иллюстрация
Зав. лабораторией биогеохимии ИВЭП д.б.н. А. Пузанов.

— Лаборатория биогеохимии проводит широкий спектр медико-экологических и эколого-биогеохимических исследований. Одна из задач — изучение поведения радионуклидов, микроэлементов и компонентов ракетных топлив в техногенных и естественных экосистемах. Здесь выделяется прикладная работа — оценка воздействия ракетно-космической техники на окружающую среду. Этой проблемой мы начали заниматься в 1998 г. совместно с МГУ, а теперь наш институт является головным исполнителем работ по экологическому сопровождению и обеспечению комплекса мероприятий по безопасности всех ракет-носителей, которые идут с космодрома Байконур в Алтае-Саянский регион. Мы выявляем эколого-биогеохимическое поведение ракетных топлив, их влияние на компоненты наземных и водных экосистем и воздействие отделяющихся частей ракет-носителей (металлических фрагментов) на горно-тундровые и горно-лесные экосистемы.

Второй год мы проводим исследования по оценке воздействия на окружающую среду уничтожаемых ступеней твердотопливных ракет. Согласно договору ОСВ-2 эти агрегаты снимаются с боевых дежурств. Часть из них дефектны. Уничтожение ступеней идет на стенде ФНПЦ «Алтай» в окрестностях Бийска, в основном, методом сжигания.

— Как действует научное сопровождение?

Иллюстрация
Молодые сотрудники лаборатории.

— Буквально завтра состоится сжигание первой ступени, и на завтра же намечен пуск ракеты-носителя «Протон». С вертолета осуществляется послепусковая экологическая оценка. Затем на стенде отбирают пробы снега после прожига. Сразу же возвращаются на экологическое сопровождение «Протона». Ребята мобильные — в основном молодежь до 30 лет. В этом году обстановка была напряженной: в район падения приземлились 14 вторых ступеней ракет-носителей «Союз» и «Протон». Это отработанные фрагменты грузовых или пилотируемых кораблей. По программе 2006 г. ожидается 12-13 пусков.

— Александр Васильевич, насколько опасны космические «приветы»?

— Зоны падения отведены специально. Территория должна быть безлюдной. Порядок и условия использования районов падения определены в договоре с Федеральным космическим агентством. В нашем случае лаборатория биогеохимии еще проводит работы по безопасности и оповещению, т.е. эвакуации населения из этих мест в период проведения пусков.

Сейчас СМИ много говорят о воздействии ракетных топлив на окружающую среду. Но прежде чем поднимать тему о негативных экологических аспектах ракетно-космической деятельности, нужно представлять технологические составляющие.

На высоте 150 км во время отсоединения второй ступени гарантийные остатки топлива выдавливаются. До поверхности долетает только то количество, которое находится в замкнутых полостях трубопроводов, это 10-15 кг — ничтожная часть. Достаточно сказать, что ни в районах падения, ни на сопредельных территориях не обнаружено ни ракетного топлива, ни его составляющих. Аналитическая база серьезная — НПО «Вектор». Роскосмосом эта лаборатория была определена в качестве основного аналитического центра в Сибирском регионе. В России специальное оборудование по определению гептила и его производных имеют химический факультет МГУ, Институт биофизики Минздрава и НПО «Вектор».

Иллюстрация
Газо-аэрозольное облако после сжигания ступени твердотопливных ракет
(из архива лаборатории биогеохимии).

На самом деле, гораздо более острые по масштабности и негативности экологические последствия проявляются не от воздействия ракетно-космической техники. Это проблема токсического влияния на окружающую среду закрытых горно-рудных предприятий, хвостохранилищ, где содержание свинца, мышьяка, цинка, меди и других элементов в тысячи раз превышает предельно допустимые нормы. «Хвосты» пылят, тонкодисперсный материал разносится на большое расстояние — по нашим результатам проб снежного покрова, на 10-20 км. Выклиниваются шахтные воды, обогащенные тяжелыми металлами в таких количествах, что даже в специальной литературе редко встретишь. Наши исследования в большей степени фундаментальные. Требуется принятие государственной программы по ликвидации опасных явлений — засыпка тех же пылящих хвостов. Для проведения таких мероприятий необходимо достаточное финансирование. Мы активно работаем с департаментом по охране окружающей среды Алтайского края. Наши совместные программы поддерживаются грантами, Космическим агентством. На эти средства выполняем и фундаментальные работы, к примеру, исследование поведения свинца, меди в техногенных экосистемах.

— Это — тема для следующего материала. А сейчас расскажите, как проходит полевая работа сотрудников лаборатории на месте падения фрагмента ракеты?

— В районе падения отбираются пробы поверхностных вод, почвы, растений. Во всех сопредельных населенных пунктах исследуем питьевую воду, огородные культуры. Собираем детальный фото- и видеоматериал. После каждого обследования готовится акт экологического сопровождения, где оценено состояние всех компонентов биогеоценоза. Краевая администрация финансирует регулярное медицинское обследование жителей зоны падения.

— Оценивается ли механический ущерб от ракетопада? Ведь падающая груда металла все сносит на своем пути.

Иллюстрация
Фрагмет 2-ой ступени ракеты-носителя «Протон»
(из архива лаборатории биогеохимии).

— Вполне справедливо. Я считаю, что наиболее ощутимое воздействие от падения фрагментов ракет — это чисто механические повреждения экосистемы. Представьте себе «бочку» диаметром три метра и длиной двенадцать метров, когда она летит и кружится — это зрелище не для слабонервных. Безусловно, деревья повреждаются. Возможна и потеря местообитаний животных.

— Кто собирает металлолом?

— Сбором фрагментов занимается НИИ авиации им. С. А. Чаплыгина (Новосибирск). На борту вертолетов установлены тепловизоры, с помощью которых определяют нахождение обломков. Работа опасная: в горах посадить вертолет и вытащить на подвеске крупный фрагмент ступени ракеты — задача весьма непростая, многое зависит от высокой квалификации летчика. К настоящему моменту практически вся территория Алтае-Саянского региона очищена от фрагментов ракет-носителей, которые падали, начиная с 60-х годов и по настоящее время. Сейчас сразу после каждого пуска идет очистка района.

— Разговор с вами показывает, что «все под контролем». А кроме вашей лаборатории, где еще ведутся подобные исследования?

— Сегодня активно действуют два космодрома — Плесецк и Байконур. На Плесецке, в основном, осуществляются пуски по военным программам. Там контрольные исследования проводит МГУ.

Байконурские запуски, как уже говорилось, курируются Институтом водных и экологических проблем СО РАН, нашей лабораторией.

В этом году откроется новая трасса в Свердловской области под ракеты-носители «Союз-2». Там будет работать Институт экологии Уральского отделения. Заметьте, все территории — модельные объекты академических институтов. Федеральное космическое агентство предпочитает работать с Академией наук, отдавая дань высокому потенциалу, профессионализму, опыту корифеев и энергии молодых ученых. Работы хватает, и меньше ее не будет: какой бы совершенной техника ни была, последнее и самое решающее слово остается за человеком.

Фото В. Новикова.

стр. 4

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?6+368+1