Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 15 (2600) 12 апреля 2007 г.

НА ОСТРИЕ АТАКИ

Экспериментальное производство Института ядерной физики (ЭП ИЯФ) создавалось практически одновременно с научными лабораториями в качестве одного из основных подразделений. Руководство института во главе с Андреем Михайловичем Будкером с первых же шагов придавало ему особый важный статус, понимая, что без крепкой производственной базы будет затруднительно реализовать те большие задачи, которые предстояло решать институту. Сегодня ЭП ИЯФ продолжает изготавливать все более сложные экспериментальные установки и комплексы для лабораторий института, одновременно выполняя большой объем работ по зарубежным контрактным заказам.

Т. Кривенко, «НВС»

Иллюстрация
Главный технолог Б. Иванов.

О славной истории и настоящем дне Экспериментального производства ИЯФ корреспонденту «НВС» рассказал главный технолог ЭП Борис ИВАНОВ.

— Борис Васильевич, вы трудитесь в Экспериментальном производстве почти с самого его основания. Расскажите, пожалуйста, как все начиналось?

— Институт ядерной физики скоро будет отмечать полувековой юбилей. А Экспериментальное производство создано несколькими годами позже, вначале как мастерские. Сегодня ему 46 лет — возраст вполне зрелый. И 43 года моей жизни неразрывно с ним связаны.

Когда в1966 году я принял руководство мастерскими, техническая оснащенность производства оставляла желать лучшего. Но квалификация коллектива была очень высока — можно сказать, у нас трудились сливки рабочей элиты Новосибирска.

В 1960-70-е годы наш институт бурно развивался, решая масштабные новаторские задачи по многим направлениям. Нужно было изготавливать уже не отдельные приборы и небольшие установки, с чем вначале успешно справлялись мастерские, а целые исследовательские комплексы, такие как ВЭПП-2, ВЭПП-3, ВЭПП-4, сложные установки для термоядерных исследований, промышленные ускорители электронов. Но производственных площадей и оборудования, особенно специального, явно не хватало. Работали в две смены, занимали площади, где затем разместились комплексы ВЭПП-3 и ВЭПП-4, другие временные, в том числе, складские помещения. Тогда и возникла идея строительства производственных корпусов в Правых Чёмах.

В 1970-е годы удалось построить и быстро оснастить один корпус (на второй не хватило средств). Многие институты, которые выходили со своим продуктом в промышленность, в тот период выделяли свои опытные производства в СКБ. Андрею Михайловичу Будкеру удалось отстоять идею существования СКБ в структуре института. Это было стратегическое решение, определившее в дальнейшем многое, если не все. Экспериментальное производство — детище института, без которого он ни тогда, ни теперь не смог бы решать сложнейшие задачи.

Столь крупного производственного подразделения (900 сотрудников) в составе научно-исследовательского института в 70-е годы не было (за исключением Института электросварки им. Е. О. Патона на Украине)! Где было научиться, на каких основах оно должно строиться? Нам удалось найти верный путь и основные критерии эффективной работы Экспериментального производства, определившие его комплексное непрерывное развитие. В основе — трехуровневый принцип организации производственного процесса.

— B чем этот принцип заключается?

— Первый уровень производства — экспресс-заказы для научных лабораторий института — срочные доводки и доделки, которые выполняют экспресс-мастерские. Как правило, на это им отводится не более трех суток — поэтому и «экспресс».

Второй уровень — относительно несложные и нетрудоемкие изделия — их изготавливает ЭП-2.

И, наконец, третий уровень — это ЭП-1. Оно производит самые технически сложные и трудоемкие изделия, в том числе по зарубежным заказам и большими сериями. На изготовление некоторых вещей иногда уходит года по полтора.

— Несомненно, для всего этого нужны «золотые руки», и в достаточном количестве. Как решалась и решается проблема подготовки кадров?

— Как я уже говорил, в 60-е годы в Экспериментальное производство пришли высококвалифицированные рабочие с предприятий Новосибирска. Но раньше они трудились в самых разных отраслях промышленности, а нам надо было научить их выполнять продукт совсем иного профиля — электрофизическую аппаратуру с особыми техническими требованиями. На первых порах не все получалось. Пришлось всем, и рабочим, и ИТР, обучаться и переобучаться. А потом пришел набор рабочих «второй волны», уже не совсем высокой квалификации и опыта. Тогда мы в ЭП организовали непрерывное курсовое обучение рабочих по всем основным, в том числе, новым профессиям, с жесткими квалификационными требованиями и теоретическими знаниями зачастую на уровне техникума. И это дало свои плодотворные результаты. Попытка же создания филиала ГПТУ ощутимого результата не принесла.

Иллюстрация Наладчик 8 разряда С. Плищенко ведет обработку детали на прецизионном станке с ЧПУ.

С годами многие рабочие стали высокими профессионалами: С. Плищенко, Г. Янушкевич, Л. Шиловский, Р. Мак, П. Сафонов, А. Казаков, многие другие. И инженерные кадры ЭП — начальники цехов, мастера, технологи, конструкторы — обучались и переобучались, достигая высокого профессионального уровня. Особо трудная проблема для руководителей производственных подразделений — освоить наши самобытные формы организации труда. Молодые вписывались быстрей.

— Как прошли нелегкие годы перестройки?

— Когда в начале 90-х все рухнуло в стране, и многие академические институты разваливались, не говоря уже о промышленных предприятиях, ИЯФ выстоял, сохранив и научные кадры, и рабочий коллектив. У нас тоже была перестройка, но своя, самобытная, преследующая четкую цель — сохранить и преумножить достигнутое.

Но как было содержать да еще дооснащать такое относительно крупное производство, когда финансирование падало ниже критической отметки? И наш институт, имея уже некий опыт, стал брать контракты на разработку и изготовление электрофизического оборудования для научных центров Европы, Азии и Америки. Эти контракты надо было выигрывать, участвуя в тендерах, завоевывать на это право, что совсем непросто. Но благодаря слаженной работе научных лабораторий, научно-конструкторского отдела института и, конечно же высокому производственно-техническому потенциалу Экспериментального производства, ИЯФ сумел решить проблему самофинансирования (до 60-70 %) и не только выжить, но и развиваться.

Иллюстрация Профессионал высшей квалификации В. Мак выполняет пропитку самых сложных и уникальных моточных изделий в институте.

Наиболее трудно в 90-х годах было обеспечить достойную оплату труда. Нужно было стимулировать труд по конечному результату: за качество, за срочность. А как это сделать при пресловутой повременке? Если бы нам не удалось найти эффективный способ решения этой проблемы, ЭП рухнуло бы в одночасье, подобно многим другим промышленным предприятиям. Сегодня мы применяем прогрессивные формы оплаты труда и рабочих, и ИТР. Мы быстро перестроились на изготовление контрактных заказов и делаем их быстро и качественно, в том числе приличными сериями.

— Благодаря чему, как вы считаете, ИЯФ так часто выигрывает тендеры?

— Ко времени кризиса 90-х годов ЭП накопило уже достаточный опыт изготовления технологически сложного оборудования. У нас сложился высококвалифицированный коллектив, сформировалась система организации производственного процесса. Благодаря этому мы могли браться за самые сложные контракты. А выигрывали мы тендеры потому, что научились все делать дешевле, лучше и быстрее.

Иллюстрация Слесарь-сборщик 8 разряда В. Перезолов с помощниками производит сборку квадрупольной линзы весом 4 т для Англии. Руководит сборкой головного образца начальник объединения Е. Рувинский.

С самого начала элемент скорости выполнения заказов был одним из главных показателей эффективности работы Экспериментального производства. Мы научились до минимума сжимать весь процесс от момента подписания контракта до отгрузки готовой продукции заказчику. Многие процессы идут параллельно. Мы научились дооснащать и перестраивать производство под новые крупные заказы и новые технические требования и условия. Это тоже наша «козырная карта». Самым главным было обеспечить безупречно высокое качество изделий. И здесь нам тоже удалось совершить прорыв, особенно в организации и идеологии. Итог — знак качества «Золотой Адрон», которого институт удостоен за изготовление больших партий серийных изделий для адронного коллайдера в ЦЕРНе.

— Чем занимается сегодня Экспериментальное производство ИЯФ?

— Продолжаем работать по двум направлениям: над выполнением заказов лабораторий института, в том числе при создании новых установок и комплексов, и новых международных контрактов. Только что мы закончили большую работу для Европейского центра ядерных исследований (ЦЕРН), которую делали 10 лет. Продолжаем выполнять контрактные заказы для других научных центров. На подходе крупный контракт по разработке и изготовлению сложной и трудоемкой установки — ускорительного комплекса для Китая.

Иллюстрация Инженер-программист А. Лучшев разрабатывает программы для станков с ЧПУ с применением компьютерной техники.

Все, что сегодня умеет и может Экспериментальное производство — это результат непрерывного поиска новаций, реализации и совершенствования всей системы организации производства и его четырех основ: высокопрофессиональных кадров, передовых технологий, гибкой системы организации труда и материального стимулирования по конечному результату. Именно опора на эти основы позволяет Экспериментальному производству ИЯФ «оставаться на острие атаки» в решении практических задач, которые ставит перед собою наш институт.

Фото В. Новикова

стр. 5

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?15+415+1