Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

О газете
Редакция
и контакты

Подписка на «НВС»
Прайс-лист
на объявления и рекламу

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2018

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости
 
в оглавлениеN 27 (2912) 11 июля 2013 г.

В ПОИСКЕ ЭФФЕКТИВНЫХ РЕШЕНИЙ

Планы российского правительства по реформированию Российской академии наук не на шутку встревожили научное сообщество. Предметом беспокойства при этом стала не только судьба РАН в целом, но и возможная участь региональных научных центров, отдельных институтов. Чтобы внести ясность в положение дел, оценить итоги работы по спасению Академии, которая велась на протяжении всей прошлой недели, в Томске была организована пресс-конференция.

Иллюстрация

В брифинге, прошедшем в информационном агентстве «Интерфакс-Сибирь», приняли участие председатель Президиума Томского научного центра СО РАН, директор Института сильноточной электроники СО РАН чл.-корр. РАН Н. А. Ратахин и директор Института физики прочности и материаловедения СО РАН чл.-корр. РАН С. Г. Псахье.

— Момент для нанесения удара был выбран «удачно»: в РАН едва успела закончиться напряжённая кампания по выборам нового руководства, для учёных настало время отпусков. Здесь можно подозревать недобрый умысел. Кому это надо — не вполне понятно. Однако с момента внесения законопроекта в Госдуму и его рассмотрения в первом чтении была начата серьёзная работа по его изменению, внесению поправок. На протяжении нескольких дней ситуация менялась каждый час, — сказал, открывая брифинг, Н. А. Ратахин.

— Законопроект, как все прекрасно знают, появился внезапно и обладал рядом существенных недостатков. Это и обусловило столь острую реакцию на него научной и не только научной общественности. Мнение общества значительно облегчило вопрос диалога. И этот диалог начался — и внутри Академии, и в органах власти, — присоединился к разговору С. Г. Псахье.

По его словам, после первого чтения законопроекта в Госдуме, когда ситуация стала совсем тревожной, усилиями и избранного президента Академии наук В. Е. Фортова, и многих других учёных, которые встречались с В. В. Путиным, ситуация была исправлена. Как пример конструктивного подхода была названа позиция Сибирского отделения РАН, которое не только выступило со всем известным Открытым письмом, но и активно работало над подготовкой поправок. Всего в плотном взаимодействии с депутатами было подготовлено больше полусотни поправок, уместившихся на 16 страницах.

— Я считаю, что в настоящий момент делаются правильные шаги со стороны Президента, Государственной Думы в поисках компромиссных решений. Весьма активно участвует в этой работе Сибирское отделение РАН. Принятие тех поправок к законопроекту, которые были внесены, — это путь в правильном направлении: ведь если мы исповедуем демократические принципы и цивилизованный подход, то и действовать нужно цивилизованно, — отметил Николай Александрович.

В этой оценке итогов последних событий к нему присоединился Сергей Григорьевич:

— Нормализовать ситуацию удалось благодаря активной позиции самой Академии, которая резко возразила против такой реорганизации, и по сути, и по форме. Надеюсь, что и дальше эта работа будет вестись в режиме диалога. И здесь речь идёт даже не о компромиссах, а о нахождении эффективных решений, к которым люди приходят совместно.

С. Г. Псахье отметил позицию председателя комитета Госдумы России по науке и наукоёмким технологиям академика В. А. Черешнева и депутата, представляющего Томскую область, чл.-корр. РАМН Л. М. Огородовой, «которые исходили из того, что ни в коем случае нельзя разрушать выстроенную, эффективную систему управления фундаментальной наукой».

Н. А. Ратахин и С. Г. Псахье выразили общее мнение о необходимости реформирования академической науки, подчеркнув, однако, что такая организация, как РАН, должна реформироваться только с участием научного сообщества. Сомнению была подвергнута справедливость обвинений, адресованных Российской академии наук авторами законопроекта.

Первая претензия, которой коснулись участники брифинга, — эффективность использования «непрофильных» активов. Как отметил председатель Президиума ТНЦ СО РАН, вопрос о том, что для ученых «профильное», а что нет — очень сложный и требует взвешенного подхода:

— Мы должны понимать, что ведомственные поликлиники, детские сады, ЖКХ — всё это инфраструктура, которая была построена раньше для обеспечения научных исследований. И она вполне достаточна и для развивающегося Академгородка, и даже для Технико-внедренческой зоны. Безусловно, всем этим нужно заниматься.

— Вопрос даже не в том, правильно ли управляют имуществом. Когда строились академгородки, в них изначально предусматривались и школы, и детские сады, и поликлиники — вся социальная и бытовая инфраструктура, на это выделялось финансирование и соответствующие ресурсы. Это было оправдано, и это сработало. Как развиваться сегодня, в изменившихся условиях, — необходимо обсуждать и принимать обоснованные решения, — добавил С. Г. Псахье.

Отдельный вопрос — о помещениях институтов, сдаваемых в аренду. Н.А. Ратахин напомнил журналистам цифры, которые были приведены академиком В. Е. Фортовым в разговоре с В. В. Путиным: объём аренды во всей Академии составляет три миллиарда рублей при общем финансировании РАН около 60 миллиардов. В Томском научном центре СО РАН, как подчеркнул председатель Президиума, этот процент ещё меньше.

— Поэтому государство может забрать всё это и управлять по-своему. Но дайте нам тогда эти три миллиарда! Ведь что сейчас происходит? Соответствующими решениями правительства деньги от аренды помещений, построенных ещё в советские времена, должны быть использованы только на развитие науки, поддержание академических учреждений. Лишь опустошение в период после перестройки вынудило нас этим заниматься, а вовсе не желание, как говорят, «торговать», или искать какие-то выгоды.

Эту же мысль заострил С. Г. Псахье:

— Если говорить про аренду, хочу подчеркнуть, что Российская академия наук согласна её отдать. Но в этом случае государство должно выделить все необходимые средства на капитальный ремонт, положенные по СНиПам. Уверяю, это существенно превосходит поступления, которые институты получают от аренды.

Отдельно было сказано и об оценке эффективности академической науки в России. Так, опровергнув слова министра о десятикратном увеличении финансирования российской науки в последние годы, директор ИСЭ СО РАН призвал исходить в оценках из единой шкалы сравнений:

— Что значит у нас «мало публикаций»? Можно подсчитать, сколько «стоит» каждая из них. Ведь если мы рвёмся в мировое сообщество, мы должны отказаться от того посыла, что Россия — отсталая страна, и поэтому в ней всё должно быть дешевле. Статья, сделанная в РАН, имеет ту же стоимость, что и статья такого же уровня, подготовленная за рубежом. При этом надо помнить о том, что, к примеру, годовой объем бюджетного финансирования науки в США — 400 миллиардов долларов, а наша Академия наук располагает бюджетом всего в 2 миллиарда долларов. Во времена СССР 2,5–3 % от ВВП направлялось на науку. Сейчас ВВП России — около 60 триллионов. Так давайте на науку хотя бы два процента! Дайте хотя бы триллион рублей в год, а уж тогда спрашивайте: почему отстаём?

— Многие аргументы в пользу неэффективности работы Академии наук — спорные. Существуют самые разные цифры, самые разные рейтинги мировых научных организаций, в которых Российская академия наук занимает высокие позиции, — поддержал коллегу С. Г. Псахье.

— Кроме того, оценка эффективности РАН не может сводиться только к библиометрическим показателям, значимость РАН для страны гораздо шире. Это, кстати, относится и к работам в интересах безопасности.

Томских журналистов интересовал вопрос и о среднем возрасте членов Российской академии наук — пожалуй, главный аргумент противников РАН. Убедительно на него ответил С. Г. Псахье:

— Заметьте, ведь обычно говорят о среднем возрасте академиков и членов-корреспондентов. Да, академики — возрастные. Но нужно помнить, что это звание присваивается тем учёным, которые добились блестящих результатов. Это суммируется годами. Но ведь это только малая часть всех сотрудников РАН. Что же касается научных сотрудников — здесь за последние годы наблюдается положительная динамика. Сегодня очень многое делается для того, чтобы в институты шла талантливая молодёжь. Эта работа ведется, и средний возраст сотрудников академических учреждений снижается. Нужно помнить, что мы до сих пор пожинаем плоды девяностых, когда очень много молодёжи ушло из науки.

В завершении встречи Н. А. Ратахин и С. Г. Псахье вновь вернулись к главному вопросу — реформированию РАН, обнадежив общественность:

— Я всегда говорю своим сотрудникам, что в любом событии есть положительное. То, что Академию «подвинули», мягко выражаясь, быстрее действовать в этом направлении, может быть, и хорошо, — подчеркнул Н. А. Ратахин.

— Государственные академии — сложный организм. Это как живой человек. Перерезав какую-нибудь важную артерию, потом ни за какие деньги не оживишь его. Это так же очевидно, как и то, что никогда больше в стране не будет таких ресурсов — материальных, человеческих, патриотических, чтобы повторить проект создания СО РАН и академгородков заново. Мы должны сделать всё, чтобы то, что было создано, работало на благо России, — резюмировал С. Г. Псахье.

Подготовил П. Каминский, г. Томск
Фото В. Бобрецова

стр. 9

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?22+688+1